Покончив с завтраком и спрятав в салфетку несколько теплых булочек, Вереск как можно быстрее пошел в класс учителя Инулы. Он еще не опаздывал, но время подходило, да и учитель не любил, когда опаздывали.
Вереск улыбнулся проходящей мимо учительницы, не чувствуя былой радости и предвкушения. Это было самое заметное изменение после ритуала. После первого он стал спокойнее, а после второго эмоций стало еще меньше. Он не был безэмоциональным, все еще радовался или злился, но для остальных, которые видели его раньше… Для них перемены были заметными.
К счастью, прошлый год ритуалы они не проводили, погрузившись в учебу. Вереск радовался, ведь видел, что происходило с ними после ритуалов. Они стали более чувствительны к потокам, резерв увеличился, но эмоции стали более нестабильными. К сожалению, это было заметно для остальных, но Алькор всегда был осторожным и быстро взял себя в руки, а Вереск научился улыбаться и говорить более эмоционально не так давно.
Сейчас он на седьмом году обучения, который только начинался. Многие ученики еще не приехали, занятия не начались, поэтому во дворце тихо и спокойно. Вереск наслаждался и часто гулял, сидел на траве в саду и ходил в оранжерею, куда с разрешения учителя Инулы его пускали.
Вереск постучал в дверь и открыл ее, заглядывая в класс. Кабинет непривычно пуст, все парты убраны, лишь одна стояла посередине и еще одна рядом. Учитель Инула педантично раскладывал ингредиенты на другом столе.
Учитель посмотрел на него и махнул рукой.
− Рад, что ты не опоздал. Оставляй вещи там, закатывай рукава и иди сюда, будешь помогать, − быстро сказал он, вернувшись к ингредиентам. Вереск поспешно сделал как велено и подошел к столу, ожидая указаний. – Мы будем делать мазь с порошком из лепестков Каллума.
У Вереска перехватило дыхание от одной только мысли о том, что он прикоснется к чему-то настолько редкому. Улыбнулся предвкушающе и встал рядом, расставляя плошки с лапками жуков, сухие ветки с листьями. Забыл, как дышать, когда взял маленькую тарелочку со светло-голубым порошком.
Разложив все ингредиенты, они вернулись к столу посреди кабинета. На нем стояла странная плита и небольшой котелок, в котором скорее всего они будут делать мазь. Учитель Инула осмотрел внимательно Вереска, задержался взглядом на его перчатках, но ничего не сказал.
− Эта плита сделана из определенной горной породы. Она нагревается и остывает, управляется потоками. Очень полезная в приготовлении разных зелий и мазей, − ответил на невысказанный вопрос учитель Инула и тоже закатал рукава. – Будешь мне помогать. Давать ингредиенты, подготавливать их и следить за временем. Это будет для тебя полезным опытом.
Опыт действительно был полезным. Вереск бегал от одного стола к другому, смотрел на сосредоточенное лицо учителя и еле сдерживал рвотные порывы. Запах стоял отвратительный, да и по цвету мазь напоминала экскременты. Стоял рядом, смотрел за точными и одновременно плавными движениями учителя и понимал, что потом обязательно помоется с травяным мылом и натрется маслами, чтобы от него не воняло.
Несмотря на вонь и сложность, Вереск смотрел внимательно и с интересом. Запоминал, как учитель Инула двигался, что за чем клал и как помешивал. Наблюдал за плитой, которая то нагревалась и мазь кипела в котелке, то охлаждалась и мазь густела. Руки у него задрожали, когда тарелочка с порошком из его рук перекочевала в руки учителя. Наблюдал, как тот медленно помешивая загустевшую мазь, сыпал порошок.
− Это самый важный этап. Нужно вмешать порошок так, чтобы он не свернулся и полностью растворился, − сказал учитель Инула продолжая мешать. – Ты хорошо держался. Буду иметь тебя в виду в будущем.
− Это честь для меня, − ответил Вереск, гордый собой. Он чувствовал легкую усталость, вперемешку с радостью. Это оказалось сложнее, чем он предполагал, потому что приходилось делать несколько дел одновременно, следить не только за учителем, но и за собственными действиями.
Однако Вереск чувствовал себя полностью удовлетворенным.
Учитель Инула усмехнулся, все еще мешая по кругу загустевшую мазь.
− Я тебя недооценил. Увидел впервые и подумал, что ты очередной амбициозный глупец, который дальше своего носа не видит, − с усмешкой сказал учитель и стал мешать против часовой стрелки. Посмотрел на Вереска и вновь на темную мазь. – Но ты оказался очень любознательным и способным. С хорошим потенциалом. Не удивлюсь, если ты станешь лучшим учеником среди магов живой материи. Я этому поспособствую.
Вереск едва сдержал восторженный крик. Улыбнулся вежливо, словно его это не сильно волновало. Приятно знать, что учитель Инула поменял свое мнение о нем и ставил выше остальных. Об этом говорило то, что его позвали, а не кого-то старшего года обучения. Все же Вереск был подростком, ему не так давно исполнилось семнадцать.
На самом деле у него не так много времени осталось. Этот год должен быть последним. Дальше поиск работы, ведь приют не оставлял детей после достижения их семнадцати лет. У Алькора было время, у Вереска же оставалось чуть меньше года.
