Чужое присутствие Вереск почувствовал прежде, чем кто-то вошел в спальню. Он поднял голову, смотря на друга, которой выдохнул сквозь зубы, прижимаясь плечом к косяку двери. Осмотрелся по сторонам, кривясь недовольно от присутствия посторонних. Этих детей Алькор ненавидел, их присутствие и страх раздражали, особенно ночью. Только дыхание и тихое посапывание Вереска он переносил сносно и то, иногда будил, чтобы тот не шумел. Жаль, что им не выделили отдельную комнату, как делали это в других приютах. Настоятель недолюбливал магию, всегда косо смотрел на Вереска и наказывал его сам, но не отселял, держал их, потенциально опасных, рядом с другими.
Это разочаровывало. Порой Алькор думал о том, что следовало их немного припугнуть, показать свои силы. Однако он этого не делал, потому что Вереск расстроиться. Друг и сейчас уже расстроился, даже немного злился, смотря на него.
Алькор сделал последний рывок и подошел к кровати, ощущая тяжесть в теле и жалящую боль в спине. Его выпороли железной линейкой, вновь говоря о том, что ему следовало стать нормальным. Не использовать магию. Или делать это как Вереск. Но его прекрасный друг создавал, нежный цветочек, который никогда никому не причинял вреда, а он разрушал. Другая чаша весов. Другой человек, у которого была цель, шаг к которой лежал в сундучке.
Вереск посмотрел на Алькора, на его напряженное тело и отодвинулся, освобождая место. Удивленно вскинул бровь, смотря как друг неловко сел и уперся лбом ему в плечо.
– От тебя пахнет кровью, – тихо сказал он и потерся лбом о плечо Вереска, будто маленький щенок. Подобное проявление привязанности на людях было смущающим и дискомфортным. Алькор вдыхал, ощущал чужое тепло и медленно успокаивался. Чувствовал, как напряжение отпускало, а по коже скользили тонкие ручейки крови из ран.
Его не трогали, но сидели рядом и это радовало. Потому что он спалил любого сейчас, кто прикоснулся к нему. Даже Вереска. Скорее не спалил, а лишь немного обжог, но тогда друг обидится.
– От тебя воняет подвалом.
Алькор неловко вздрогнул, когда чужие пальцы коснулись спины и надавили на ранки. Это очень больно и неприятно. Вереск отдернул руку и нахмурился, когда услышал чужое фырканье.
Его бесило подобное поведение друга. С самого первого дня, с их первого знакомства. Их отношения тогда были совершенно другими и Алькора он избегал, как и все остальные. Лишь потом, через время и ссоры, они подружились.
Вереск вновь слизал кровь и медленно обернулся, смотря на дремлющего Алькора. В тайне он радовался, что интерес друга не зашел дальше короткого разговора о происходящем у гор. От него ожидалось совершенно другое поведение. Вереск не удивился, если б он отправился туда, к неожиданному и неизвестному монстру. А потом к дракону. У Вереска не очень хорошее предчувствие по этому поводу, но он ждал и ничего не говорил.
Слишком хорошо он знал своего друга. Если ему что-то запретить, то он, наоборот, пойдет и разрушит все, не оставив даже выжженые земли. Поэтому Вереск даже радовался, что приближался учебный год и Алькор концентрировал внимание на подготовке к испытанию.
Вздохнув, Вереск посмотрел на свои руки. Про академию он вспоминал все чаще, особенно сейчас, когда в мире неспокойно, когда рождались на глазах новые расы. Это немного пугало, особенно если учитывать описание этого монстра. Женщины, с длинными клыками и когтями, нечеловеческой силой. Которая ела неугодных и костями не давилась.
Неспокойно. Как же сейчас в мире неспокойно. Приближалось время нового призыва и, к сожалению, они оба попадали под него. Они оба будут в здравом уме и твердой памяти, когда по преданиям в мир придут новые знания, новые силы и автор, после которых все может измениться. Повторения истории с церковью и рыцарями ему не хотелось. Пусть Вереск и не помнил, как было до, но в книгах описывался мир при Древних и то, как произошел первый раскол. Они очень много потеряли. Теперь даже он был вне закона. Гонимый и ненавистный. Попадись Вереск кому-то злому и его могут спокойно отвести на костер. Ни за что.
Поэтому Вереск понимал ненависть Алькора к окружающему миру и порядку. Понимал, почему тот возвращался напряженный после каждого наказания и даже понимал причину наказаний. Дело было не только в его силах, но и характере. С другом сложно, выматывающе. Ты либо с ним, либо с остальными. Третьего не дано.
Поначалу это пугало. Сейчас же Вереск привык, да и чужая морозная энергия ощущалась родной. Они сдерживали друг друга и дополняли. Как те самые весы, которые стояли в холле академии. По ней Вереск скучал. Он надеялся, что Алькора поселят в его комнату, ведь Кайя умер, а его сестра точно не обладала никакими способностями. При мысли о девчонке ему на мгновенье стало не по себе. Все же она чувствовала что-то неладное пыталась узнать, спасти свою семью, а Вереск злился и отказывал. Может, если бы у него было другое поведение, все произошло иначе? Наверное нет, это уже его выдумки.
