— Мать Дэклана убили БВР? Итан знает?
— Да, — судя по печали в его голосе, в этой истории было что-то ещё.
— Как, чёрт возьми, вы, Инкубатти, можете даже думать о том, чтобы иметь дело с БВР? — спросила она.
— Потому что это необходимо. Полагаю, что в Инкубаторе было много подобных программ. Итан положил им конец, когда стал Главой Силовиков, что, как я полагаю, стало первым шагом в его долгосрочном плане по постепенному отказу от Камбионов. И, возможно, потому что он был слишком потрясён тем, что случилось с его женой, чтобы решиться на такое с другими, даже с Камбионами.
Зои слушала, ужасаясь мысли о том, что Оливия и ей подобные превратили мать Дэклана в медицинский эксперимент, прежде чем убили её.
— Итак, что бы Оливия с нами ни сделала, она взяла за образец Сиенну.
— Это моё предположение.
— Ты знаешь, что именно?
— От Сиенны осталось недостаточно информации, чтобы мы могли понять, что было сделано или что искали БВР.
— О, Боже, — воскликнула Крисси.
Мне так жаль, Дэклан, сказала себе Зои.
— Парни из Силовиков знают?
— Нет. Итан думал, что для них лучше будет этого не знать.
— Это совершенно несправедливо по отношению к ним.
— Это часть общего блага, Зои, общей картины. Он начал строить фундамент для своего плана задолго до того, как встретил Сиенну. Её смерть, хотя и была трагической, дала ему мотивацию продолжать свою работу, несмотря на требования, связанные с ролью Главного Силовика и воспитанием его сыновей.
— Но это неправильно, — возразила она уже не так горячо.
— У Итана будет свой шанс, Зои.
Несмотря на то, что она любила Профессора, она не могла согласиться с ним в том, что он защищал таких людей, как Дэклан, от правды. В его положении Дэклану нужно было знать, с какими глубинами разврата он столкнулся со стороны БВР.
— Это место находится у черта на куличках, — сказала Крисси. — Похоже на склад на старых картинках в Google Картах.
— Каковы шансы, что мы сможем захватить его и решить проблемы Полукровок? — спросила Зои Профессора. — Насколько сложна её операция?
— Зои, потребовалось бы гораздо большее, чем операция по разбойному нападению, — сказал профессор. — Ты говоришь о более чем пятидесяти годах генетических экспериментов. Информация была бы сильно разрозненной. Это не то, что можно оставить лежать на столе.
Она крепче сжала руль.
— Меня уже тошнит от плохих новостей. Нам нужно знать, где искать, а мы даже не знаем, что ищем.
— Энергетические напитки, — вызвалась Крисси. — Если у тебя найдётся парочка таких, как те, что тебя усыпляют, я могу поэкспериментировать с ними.
— Это для начала. Что ещё? — спросила Зои.
— Самый быстрый способ узнать — спросить Оливию, — заявил Профессор.
Зои начала смеяться и замолчала, когда увидела, что он говорит серьезно.
— Ты хочешь, чтобы я позвонила ей и спросила, зачем я ей понадобилась?
— Оливия думает, что получит тебя, когда захочет. Что может быть лучше для того, чтобы потешить её самолюбие?
— Она не станет говорить со мной ни о чем, что я захочу знать, если я не соглашусь на неё работать.
— Ты могла бы позволить ей схватить себя, — предложила Крисси.
Зои взглянула на неё в зеркало заднего вида. Ей нравилась идея встретиться лицом к лицу с Оливией, но в глубине души она хотела выбить всё дерьмо из этой женщины-манипулятора.
— У тебя есть максимум три недели, прежде чем ты перестанешь приходить в себя после приступа, Зои.
— Играй по-крупному или вали домой, — пробормотала Зои. — К чёрту всё это. Думаю, мы сможем это устроить. Если я не найду то, что нам нужно, я останусь там.
— Мне это не нравится, — неодобрительно заметил Профессор. — Зои, она может сделать с тобой то же, что делала с другими. Не стоит её недооценивать.
Зои на минуту замолчала. Ей нужна была информация, которую могла дать только Оливия. Директор БВР бросила вызов, обвинив её в проведении операции, и Зои не собиралась отступать. У них были деньги, но мало времени, учитывая тот факт, что за ними охотились Силовики и БВР. Прошло бы всего несколько дней, прежде чем кто-то был бы пойман или умер от проклятия Полукровок, и её операция начала бы рушиться изнутри. Профессор был прав. Она должна была встретиться лицом к лицу с Оливией, даже если это означало, что у неё не было шанса уйти.
— Мои Полукровки тают на глазах, Александер, — тихо сказала она. — Они тают всё быстрее и быстрее. Если я не помогу им и не пойму, что со мной не так, то этот ураган, которым ты хочешь меня видеть, перестанет существовать. Всё возвращается на круги своя, за исключением того, что Оливия побеждает. И если ты думаешь, что она вступила в союз с Камбионами по какой-то другой причине, кроме как поиметь Инкубатти, ты обманываешь себя.
— Именно по этой причине она это и делает. Но ты — моя Зои. Если бы ты не страдала, я бы сказал, путь Сукубатти взорвётся, а сам бы отвёз тебя в безопасное место.
Она улыбнулась.
— Тогда, похоже, у меня есть план. Мы вламываемся внутрь, хватаем всё, что сможем, а я остаюсь поблизости, чтобы противостоять Оливии.
— Мне не нравится этот план, — сказала Крисси.
— Как и мне, — добавил Профессор.
— Нам нужны ответы.
