— Успокойся, Муля, — махнул рукой Йоже, — мы решили эту проблему.
— Как?
— Мы включили твою тётю Лизу консультантом в проект. Так что она официально приедет и будет торчать здесь столько, сколько вам надо.
— Каким ещё консультантом?
— У нас же спецэффекты разные, — неопределённо покрутил рукой Йоже, — нам профессионал нужен. Во избежание разных неприятностей.
Я восхитился находчивости Йоже Гале.
Но потом спохватился:
— Подарка нет!
— Поехали! — решительно сказал тот.
— Но мы же причину не придумали, — пробормотал я.
— А какая тебе ещё причина нужна? — удивился Йоже Гале, — скажешь этому вашему чекисту, что узнал, что твоя тётя вечером приедет. И попросил меня отвезти тебя за подарком.
— Я хочу купить ей украшение из золота, — задумчиво сказал я, — а если товарищ Иванов скажет показать подарок…
— То ты покажешь! — хихикнул Йоже Гале, — просто ты сейчас купишь ей украшение и ещё какую-то дешевую безделушку. Вот её и покажешь товарищу этому.
— Поехали! — решительно сказал я.
Мы выскочили из здания. Хорошо, что Йоже Гале догадался сообщить какому-то вертлявому юноше, что мы на час отлучимся.
Представляю, сколько всего товарищ Иванов за этот час насочиняет.
Автомобиль весело дребезжа, ехал по мощёной мостовой. Мне нравятся города Европы. Красивые здания, архитектура, фонтаны, скульптуры, готические церкви. Глаза разбегаются от всего этого великолепия.
Тем временем мы выехали на широкий проспект, дважды свернули и остановились у магазина с небольшой витриной. Выглядел он довольно респектабельно.
Мы вошли внутрь, звякнул колокольчик и навстречу нам вышел толстый, но юркий мужчина средних лет. Его большая лысина красиво блестела в отражении бликов от драгоценностей.
Чего тут только не было! На полках, покрытых чёрным бархатом, сияли, искрились и переливались рубины, сапфиры, бриллианты и прочее добро, я даже и не знаю всех этих названий. И всё это было в обрамлении золота. Серебра я вроде, как и не заметил.
— Чего желают господа? — учтиво спросил толстяк. Склонившись в подобострастном поклоне чуть ли не до земли.
— Нам нужен подарок, — ответил Йоже Гале, — для женщины. Ей… эммм… Муля, а сколько тёте Лизе лет?
Я пожал плечами. Никогда не задавался этим вопросом, но так как отвечать было надо, брякнул шаблонную фразу:
— Женщине столько лет, на сколько она хочет выглядеть.
Толстяк подобострастно захихикал. Смех у него был дребезжащий.
— Может быть, господа желают посмотреть изумруды? У меня как раз есть очаровательные серьги. Вашей тёте наверняка понравятся. Или, может, вы желаете посмотреть кольцо? Или вас интересует жемчуг? У меня есть отличный розовый жемчуг. Хотите посмотреть браслет?
Он щебетал и щебетал и от его трескотни у меня аж голова заболела. Хотя я прекрасно понимал этот манипулятивный приём, известный торговцам ещё со времён Древней Месопотамии: ошеломить покупателя и, пока он не очнулся, втюхать ему товар.
— Муля, посмотри гранаты, — посоветовал Йоже Гале, — здесь очень красивые местные гранаты. Мелкие правда, но в колье или браслете смотрятся хорошо. Женщинам нравится.
— А ещё у нас есть малахит! — словно сокровенную тайну сообщил толстяк, — их из самой Сибири привезли!
— Нет. Малахит я точно тогда не хочу, — покачал головой я, — у нас этого малахита хоть ложкой жуй.
— Простите, вы из Советского союза? — наконец сообразил толстяк.
— А то, что я на русском языке разговариваю, вас не смущает? — вопросом на вопрос ответил я.
— Да у нас пол-Белграда русских, — философски пожал плечами толстяк, — уехали из России во время революции и тут остались.
— Да, я из Советского союза, — стараясь скрыть раздражение, ответил я.
Толстяк помрачнел, но всё же выдавил вежливую улыбку:
— Могу предложить вам серебряную брошку. Очень миленькая брошка. И стоит недорого…
Меня аж передёрнуло от этого. Звенящим от негодования голосом я отчеканил:
— Меня интересуют бриллианты. В золоте. Что у вас есть?
Толстяк выпучил глаза, но послушно начал показывать украшения, комментируя.
Наконец, я остановился на золотой витой цепочке с подвеской, усыпанной бриллиантами. Выглядело очень красиво. И цена была соответствующая.
Толстяк назвал цену, да ещё таким голосом, что мне сразу захотелось его ударить. Но деньги у меня были. А куда их, солить, что ли?
Поэтому я сказал:
— Дайте мне две такие…
У толстяка, как мне показалось, сейчас случится инфаркт. Он так побагровел, что я аж испугался за него.
— А зачем тебе аж две? — удивился Йоже Гале.
— Вторую матери подарю, — пожал плечами я.
Йоже Гале кивнул и принялся отсчитывать деньги из увесистой пачки. У толстяка от вида такого количества денег аж левый глаз задёргался.
Ну а что, пусть не думает, что мы там все — голь беспросветная.
Но осадочек остался. Поэтому подарки Маше и Дусе я покупать здесь не стал. Время ещё есть, позже что-то им присмотрю. Насколько я понимаю, наших женщин интересуют, в основном, югославские шмотки. Ну или другие «забугорные».
Я сжал зубы, аж желваки заходили — из-за тотального дефицита почти все женщины у нас умеют шить и вязать. Если хочешь модно одеваться, приходится выкручиваться.
