Несколько чаек поднялись с мыса и закружились над островом. Муми-тролль и Муми-папа чувствовали под собой прибой, будто чье-то дыхание в земле.
– Но тогда море – живое, – рассуждал Муми-папа. – Оно может мыслить. Оно поступает, как ему вздумается... Это невозможно понять... Если деревья боятся моря, это ведь значит, что оно живое?!
Муми-тролль кивнул. Его горло пересохло от возбуждения.
Муми-папа помолчал мгновение. Потом он сказал.
– Так это море дышит в черном озере. Так это море тянет за отвес. Все ясно. Оно смыло мой волнорез, оно набило сети водорослями и пыталось перевернуть лодку... – Он стоял, уставившись в землю, и хмурился, морща нос. Потом внезапно его мордочка прояснилась, и он сказал с облегчением: – Стало быть мне не надо понимать! Море – это просто существо с плохим характером, на которое нельзя полагаться...
Муми-тролль решил, что Муми-папа говорит сам с собой, поэтому ничего не ответил. Он смотрел, как папа уходит к маяку, оставив на вересковом поле школьную тетрадь.
Птиц в небе стало гораздо больше, и они кричали, как одержимые. Муми-тролль никогда не видел столько птиц сразу. Небо потемнело от них – больших и маленьких, они беспорядочно кружились над головой, и новые стаи летели со стороны моря. Муми-тролль долго смотрел на них. Он знал, что они тоже бежали от Морры и ее ужасного холода. Но он ничем не мог им помочь. Да и какое это имело значение? Папа говорил с ним совершенно по-новому, и Муми-тролль был невероятно горд.
Остальные стояли у маяка, глядя на птиц, наполнявших небо испуганными криками. А потом в одно мгновение все птицы улетели в море и исчезли из виду, оставив после себя лишь звуки прибоя.
Море ревело вокруг острова, швыряя пену так высоко, что, казалось, идет снег. Волны у западной части острова были похожи на белых драконов с разинутыми челюстями.
"Могу поспорить, рыболов доволен", – подумал Муми-тролль.
Тут как раз все и случилось. Муми-тролль увидел, как маленький цементный домик рыболова перевернулся и набежавшая волна унесла его.
Рыболов умудрился вовремя открыть дверь и сквозь пену ринулся наружу, как молния. Он забрался под свою лодку, лежавшую на скале кверху дном. От маленького домика ничего не осталось, кроме железных скоб, торчащих из скалы, как остатки зубов.
– Клянусь своим хвостом! – подумал Муми-тролль. – Папа прав. У моря действительно тяжелый характер!
– Он, должно быть, промок до нитки! – воскликнула Муми-мама. – Он мог порезаться осколками от оконного стекла... Мы должны позаботиться о нем теперь, когда ему негде жить!
– Пойду посмотрю, как он, – сказал Муми-папа. – Я намерен всеми силами защищать мой остров!
– Но весь мыс под водой, это опасно! – закричала Муми-мама. – Тебя может смыть волнами...
Муми-папа подскочил и схватил свой отвес, который висел под ступеньками. Он развеселился. Он чувствовал себя легким, как перышко.
– Не бойся, – сказал он. – Море может делать, что хочет. Пусть покажет все, на что способно: мне плевать! Я намерен защищать каждое существо, живущее на этой земле!
Муми-папа спускался по скале, а Малышка Мю танцевала вокруг него. Она кричала что-то, но ветер уносил слова. Муми-тролль стоял в вереске, напряженно глядя туда, где раньше был домик рыболова.
– Ты тоже можешь пойти, – сказал Муми-папа. – Тебе пора научиться защищать себя!
Они бежали к мысу, скрытому теперь под водой. Малышка Мю подпрыгивала от возбуждения. Ее растрепанные ветром волосы образовали ореол вокруг нее.
Муми-папа посмотрел на рассерженное море: оно било в берег, швыряло вверх пену и отбегало назад с ужасным всасывающим звуком. Через мыс, который им предстояло пересечь, с грохотом перекатывались волны. Муми-папа обвязался веревкой и передал конец сыну.
– Теперь держи веревку мертвой хваткой, – сказал он. – Сделай хороший узел и следуй за мной. Веревка должна быть натянутой. Мы обдурим море! Сила ветра – семь! Сила – семь!
Муми-папа подождал, пока прошла огромная волна, и бросился к скале, торчащей из воды чуть поодаль. Его лапы опасно скользили, но когда следующая волна схлынула, он был у скалы. Веревка между ним и Муми-троллем натянулась; море закружилось у них под ногами и перевернуло их в воде, но веревка выдержала.
Когда волна прошла, они пробрались через валуны и повторили тот же маневр возле следующей большой скалы.
"Пора тебе научиться кое-каким манерам! – думал Муми-папа, разумеется, имея в виду море. – Всему есть предел... Не страшно, что ты досаждаешь нам, мы можем стерпеть. Но обижать рыболова, этот несчастный сморщенный пучок водорослей, который так восхищается тобой, – это уж слишком. Очень нехорошо с твоей стороны..."
Волна величиной с гору прошла над ним, смывая его гнев.
