Через месяц после убийства Говернары Нино и Рой по отдельности отправились во Флориду. Рой летел под именем "Джон Холланд" - так выпускник средней школы Джеймса Мэдисона назвал фамилию Датча, основавшего компанию "Флэтлендс". Во Флориде Рой позвонил Байруму и представился потенциальным клиентом: он строил новый дом и хотел, чтобы Байрум изучил чертежи и составил смету. После встречи в офисе Байрума, Байрум согласился на вторую встречу в мотеле "Оушен Шор" недалеко от Майами. Войдя в номер Роя, он сразу же получил пулю в ягодицу.
Рой сделал еще несколько смертельных выстрелов, когда Нино и солдат Гамбино, живший во Флориде, спрятавшиеся в ванной, вышли наружу. Они перетащили труп в ванну и стали ждать, пока кровь застынет - предстояла еще одна ночь "Пантри Прайд". О том, что разделывать безжизненные тела - это несерьезно с точки зрения психологии, Рой узнал от Нино, который бросил в печь мертвого убийцу Фрэнка Скализе.
Однако Нино не очень хотел расчленять тело; он предпочел бы другую печь, но поскольку одна была недоступна, а Рой беспокоился, что кто-то мог видеть его с Байрумом, они и солдат Гамбино с ними согласились, что должны сделать так, чтобы тело исчезло по-Роевски. План состоял в том, чтобы вывезти части тела в чемоданах.
Когда Рой был на полпути к отпиливанию головы Байрума, солдат Гамбино испугался шума строителей за пределами номера и настоял на том, чтобы они покинули мотель, что они и сделали. 14 июля 1976 года горничная, которая впоследствии проходила лечение от психологической травмы, обнаружила частично обезглавленное тело. Однако убийцы не оставили никаких улик, и в результате дело полиции округа Дейд так ни к чему и не привело.
Менее чем за два месяца фингал под глазом, сломанный нос и наводка на двух грабителей привели к убийствам в Квинсе, Бруклине и Флориде. Официально убийства Броккини, Говернара и Байрума оставались не связанными друг с другом точками на карте убийств, которая, по мнению Роя ДеМео, все еще находилась в черновом варианте.
ГЛАВА 7.
Коронация
Судя по внешнему виду летом 1976 года, когда отмечался двухсотлетний юбилей, Доминик Монтильо мог бы сойти за коммивояжера, если бы не неторопливость, с которой он вел дела Нино. В большинстве дней он, как и Нино, вставал поздно, долго ел и вписывал личные поручения куда-нибудь в дневной график выдачи кредитов. В своей субкультуре он добился статуса - и многое другое было уже за горизонтом. Жизнь была более полезной, чем он думал, для среднего двадцатидевятилетнего мужчины без высшего образования или профессиональной подготовки, кроме бесшумной войны и использования легкого оружия.
Администрация по делам ветеранов постановила, что он не имеет права на пособие по инвалидности. Поскольку он не жаловался на какие-либо проблемы во время медосмотра при увольнении, не было никаких доказательств того, что его кошмары и воспоминания были связаны с военной службой - классическая ловушка 22, которая использовалась против многих ветеранов Вьетнамской войны, включая жертв "Агента Оранж", чьи симптомы часто проявлялись только спустя много лет.
"Я знал, что правительство тебя поимеет", - сказал Нино своему племяннику.
Темные видения, однако, появлялись все реже. Врач прописал Доминику более сильное лекарство, Торазин. Как однажды заметит Доминик в автобиографическом очерке, написанном в кризисный период, торазин был формой "борьбы с вредителями", которая "усмиряла холод дурных мыслей".
По настоянию Нино Доминик продолжал участвовать в автомобильном бизнесе, время от времени покупая машины на аукционе для Team Auto Wholesalers, фирмы из Бронкса, основной владелец которой, Мэтью Рега, связался с командой ДеМео после того, как познакомился с Крисом Розенбергом и занял у него денег. Крис передал "счет" Рою, и Рега оказался в большом долгу перед книгой Роя. Рега, сын букмекера из другой мафиозной семьи, владел еще одним дилерским центром в Нью-Джерси, который занялся скупкой десятков машин, угнанных в Нью-Йорке бандой. То, что он зарабатывал на машинах, он тратил на одежду, украшения, экстравагантные поездки и развивающуюся привычку к кокаину.
Рега, тридцати трех лет, сказал Доминику, что не любит брать в долг у Роя, потому что Крис, который иногда брал у Роя кредиты, был таким настырным. "У Криса своеобразное поведение; он всегда торопится; вам приходится останавливать свои дела и разбираться с ним".
"У Криса комплекс Наполеона; он всегда пытается доказать, какой он крутой", - говорит Доминик. "Но, как я однажды сказал своему другу Генри Борелли, Крис когда-нибудь сам выроет себе могилу".
