– Вы глупые! – возразила Акэми, прыснув от смеха. – Я увидела на дороге человека, с которым не хотела встречаться. Я спряталась в бамбуковых зарослях, не заметив, что за ними обрыв, и съехала вниз.
Акэми показала всем разорванное кимоно и ободранный локоть. Она попросила прощения, впрочем не изображая раскаяния на лице.
Дзиннай, возглавлявший процессию, велел позвать к себе беглянку.
– Тебя зовут Акэми? – строго спросил он. – Такое имя трудно запомнить. Тебе надо сменить имя, чтобы преуспеть в ремесле. Ты всерьез решила остаться с нами?
– Неужели нужна особая решимость, чтобы стать проституткой?
– Учти, это не безделка на месяц-другой. Станешь одной из моих девушек, так тебе придется выполнять любые требования гостей. Подумай как следует.
– Какая мне теперь разница? Мужчины сломали мою жизнь.
– Неправильное отношение к делу. Обдумай все хорошенько. Если откажешься до прихода в Эдо, я тебя отпущу и не возьму денег за содержание в дороге.
В тот же самый день в Такао пожилой человек, явно не обремененный делами, намеревался продолжить путешествие. В храм Якуоин он прибыл накануне вечером со слугой и пятнадцатилетним мальчиком. С раннего утра он с мальчиком осматривали храм. Наступил полдень.
– Почините крышу на эти деньги. – Посетитель протянул сопровождавшему монаху три золотые монеты. Узнав о пожертвовании, настоятель лично поблагодарил дарителя за щедрость.
– Прошу, запишите ваше имя в храмовой книге, – предложил настоятель, но монах сказал, что оно уже внесено в книгу посетителей. Запись гласила: «Дайдзо из Нараи, торговец лекарственными травами. Живет в Кисо у подножия горы Онтакэ».
Настоятель рассыпался в извинениях за скромную еду, предложенную гостю в храмовой гостинице. Он хорошо знал имя Дайдзо, который щедро жертвовал на монастыри и храмы. Он давал только золотые монеты, иногда по нескольку дюжин. Одному Дайдзо было ведомо, жертвовал ли он из благочестия, ради славы или собственного удовольствия.
Настоятель пригласил гостя осмотреть храмовую сокровищницу, в которую допускали только избранных.
– Я осмотрю ее на обратном пути из Эдо, – ответил Дайдзо.
– Будем ждать вас, а пока позвольте проводить вас до ворот. Вы будете ночевать в Футю?
– Нет, в Хатиодзи.
– В таком случае дорога не утомит вас.
– Кто сейчас правит в Хатиодзи?
– Правителем недавно назначен Окубо Нагаясу.
– Он прежде был градоначальником в Наре?
– Да. Ему теперь подчиняются и золотые копи на острове Садо. Он очень богатый человек.
– Весьма способный чиновник.
Дайдзо и Дзётаро спустились на равнину и засветло прибыли в Хатиодзи. На шумной главной улице они насчитали две дюжины гостиниц.
– Где нам остановиться, Дзётаро? – задумчиво проговорил Дайдзо. Дзётаро, не отходивший ни на шаг от Дайдзо, ответил, что подходит любое место, кроме храма.
Дайдзо выбрал самую большую гостиницу. Внушительная внешность гостя и его лакированный сундук, который тащил слуга, произвели должное впечатление на прислугу.
Дайдзо проводили в просторную комнату на первом этаже, но до захода солнца к нему явился хозяин.
– Прошу извинить за беспокойство, – начал хозяин, – неожиданно прибыла большая группа гостей. Боюсь, на первом этаже будет слишком шумно. Не перейдете ли на второй этаж?
– С удовольствием, – добродушно согласился Дайдзо. – Очень рад, что у вас прекрасно идут дела.
Дайдзо приказал своему слуге Скэити перетащить сундук, а сам поднялся наверх. Не успел он освободить комнату, как ее заняли девушки из заведения «Сумия».
Шум и гам заполнили гостиницу. Слуги не являлись на зов. Ужин принесли поздно, и никто не пришел убрать подносы. Гостиница ходила ходуном от топота ног. Дайдзо был вне себя от возмущения, но сдерживался, чтобы не навлечь неприятности на гостиничных слуг. Отодвинув в сторону подносы, он улегся на циновке, подложив под голову руку вместо подушки. Через несколько минут он позвал Скэити. Тот не явился.
– Дзётаро! Поди сюда! – крикнул Дайдзо, сев на циновке.
Дзётаро тоже пропал. Дайдзо вышел на веранду. Там теснились постояльцы, с любопытством взиравшие на проституток, резвившихся на первом этаже. Найдя Дзётаро, Дайдзо подозвал его к себе.
– На что глазел? – с осуждением спросил Дайдзо.
– Там внизу много женщин.
– Только и всего?
– Да.
– И что в этом интересного?
Женщины из веселого квартала волновали Дайдзо, но его почему-то раздражал неуемный интерес к ним со стороны постояльцев-мужчин.
– А я не знаю, – честно признался Дзётаро.
– Я немного пройдусь по городу, – сказал Дайдзо. – Оставайся здесь, никуда не отлучайся.
– Можно я с вами пойду?
– Нет, уже поздно.
– Ну и что?
– Я тебе объяснял, что гуляю не для развлечений.
– А зачем же?
– Прогулки связаны с моей верой.
– Вам мало храмов и монастырей в дневное время! Монахи и те спят по ночам.
– Вера – нечто большее, чем храмы и монастыри, молодой человек. А теперь отыщи Скэити. У него ключи от сундука.
– Я только что видел, как он спустился вниз. Он заглядывал в комнаты, в которых остановились женщины.
– Как, и он? – воскликнул Дайдзо, щелкнув языком. – Немедленно позови его!
Дзётаро ушел, и Дайдзо начал перевязывать пояс на кимоно.
