– Нет, нет, до сих пор я жила с очень респектабельной женщиной, которая… – Она остановилась и решила избавиться от возможной опасности, – которая умерла. Я имею в виду, она умерла два года назад, и сэр Гарет поместил меня в школу, что совершенно в его духе. Только теперь, когда я достаточно выросла, чтобы выйти замуж, он приехал и забрал меня, и естественно, я была рада, ведь тогда я верила в его абсолютное дружелюбие. Но когда он сказала мне, что я должна выйти за него замуж…
– Боже милостивый, я бы подумал, что у него больше такта, – воскликнул мистер Росс. – Он сказал вам о том, что вы должны выйти за него замуж, только что забрав вас из школы?
– О нет! Дело в том, что он полагал, будто мне понравится эта идея, ведь раньше я была к нему ужасно привязана из-за того, что он такой красивый и приятный. Только, конечно, я никогда не думала выходить за него замуж. Как, . – же совсем старый! Поэтому тогда я очень испугалась и убежала из того дома, где мы остановились вчера вечером, и он преследовал меня весь день и, наконец, нашел и привез сюда. Я придумать не могу, как снова от него убежать… О! Я так несчастна! Страстная искренность, с которой были произнесены эти последние слова, пронзила сердце мистера Росса. Ему было стыдно подумать, что он даже на мгновение усомнился в ее рассказе, и он взволнованно умолял Аманду не плакать. Аманда между рыданиями поведала ему о своих предыдущих приключениях. В свое время они были совершенно восхи – тительны, но оглядываясь назад теперь, когда она была усталой и побежденной, она находила этот день днем нескончаемых несчастий и беспокойства. Этому мистер Росс, по крайней мере, вполне готов был поверить. И вправду, он счел бы немыслимым поверить, чтобы что-то меньшее, чем настоятельная необходимость, могла побудить юную особу женского пола благородного происхождения предпринять такой беспрецедентный и рискованный шаг и одной броситься в мир, как она это сделала. С момента ее бегства на бедняжку безжалостно охотились. Для него не было сюрпризом, что толстый старый джентльмен, который с такой фальшивой добротой предложил отвезти ее в Ондль, пытался воспользоваться ее невинностью. Его чувствительное сердце легко позволило ему представить отчаяние, охвативший ее ужас, и мысль о таком хрупком и очаровательном существе, скорчившемся на дне деревенской телеги, заставила его содрогнуться; ни малейшего подозрения не мелькнуло в его голове, что она была чрезвычайно довольна этой частью своего приключения. Описание дьявольского коварства, примененного сэром Гаретом для то-го, чтобы снова завладеть ею, было преподнесено во всех красках. В воображении мистера Росеа сэр Гарет начал преображаться в улыбающегося злодея. Он удивлялся, как мог быть так обманут его приятными манерами, пока не вспомнил некоторые предостережения своего отца против слишком легкого доверия к модно одетым джентльменам с красивыми речами и явно заслуживающим всяческих похвал. Мир, говорил сквайр, полон внушающих доверие бандитов, выискивающих жертву среди зеленых юнцов с состоянием. Их стандартная уловка – всепобеждающее очарование, и они часто присваивают себе титулы, обычно военные. Нет сомнений, они также высматривают себе богатых жен, но естественно, сквайр не счел нужным сообщить об этом сыну. Если бы какой-либо случай снова столкнул мистера Росса с сэром Гаретом, возможно, его разыгравшемуся воображению пришлось бы остановиться. Но сэр Гарет отправился спать, и в последний раз мистер Росс видел его в коридоре, запирающим Аманду в ее комнате. Каждое слово, сказанное им Аманде, подтверждало правдивость ее рассказа, и не могло быть сомнений в его циничном бессердечии. Только бесчувственный нетодяй, по мнению мистера Росса, мог смеяться над страданиями Аманды. Сэру Гарету мало было смеяться, он еще и издевался над ее отчаянием. Он также (теперь, когда подумаешь об этом) пытался обмануть ее, обещая великолепные развлечения в Лондоне. Случай не вывел на сцену сэра Гарета, который мог бы противостоять совместному воздействию на сэра Росса впечатляющей юности Аманды и полной луны, и современный Ромео, взгромоздившийся на лесенку из конюшни, со своей Джульеттой продолжали обсуждать способы и средства спасения. Им не понадобилось много времени, чтобы отказаться от пут условностей.
– О, я бы хотела, чтобы вы не называли меня мисс Смит! – сказала Джульетта.
– Аманда! – благоговейно вздохнул мистер Росс. – А меня зовут Хильдебранд.
