— Ну, я бы тоже хотел так сказать, что всё это чушь, но знаешь, лучше бы тебе это самому увидеть.
Чуви сильно зажмурился и резко открыл глаза. Из уха вылезла ещё одна золотая нить и проникла под веко левого глаза и, разделившись на более мелкие ниточки, оплела глаз. Радужная оболочка чуть замерцала и стала светлее.
Петрос быстро поднялся до Па (Бэбил еле поспевал за ним), на ходу успевая отдавать приказы.
— Живо выводи изображение на дисплей Каиньи, Па!
Когда друзья добрались до места, то там, где обычно отображалась карта Уровня, появилась нечёткая видеопередача с глаза Чуви. У Петроса отвисла челюсть, и он потерял дар речи. Но встряхнувшись, Гарибальди гневно посмотрел в сторону совершенно спокойных Инженеров.
— Пустынно говорите? Не смертельно, значит?!
— Да, так и есть. Людей в таком месте нет, по крайней мере, воздушные суда тут в ближайшее время не планируются. И тот факт, что дверь открылась на высоте одиннадцать тысяч километров для господина Чуви не проблема.
Петрос закрыл глаз, как будто в молитве, и вновь тихо выругался. Затем он резко повернулся к Па и начал сверлить его взглядом.
— Что? — с вызовом спросил диспетчер.
— Есть?
— Извините меня, конечно, командир, но даже я не настолько прозорливый, чтобы додуматься упаковать туда парашют или что-нибудь подобное.
— Значит так, — нервно начал Гарибальди — на его висках в очередной раз выступили вены, а кибернетический глаз налился краснотой. — Запиши, старший диспетчер: «Нужно будет издать указ об обязательном наличии парашюта в арсенале, а также уметь с ним прыгать.
— Но…
— Никаких, но!
— Ну, хорошо.
— Чуви! Что думаешь на счёт рациональности использования нож-портала?
— Чтобы им воспользоваться я должен покинуть «Перепутье», а в воздухе даже я не буду рисковать. Если я неправильно введу координаты, тогда ты будешь меня искать неведомо где. Может даже за пределом Уровня.
— Тогда будем ждать стабилизации матрицы.
— Нетушки.
— Что ты сказал? — испугался Петрос. Он посмотрел на Бэбила. Они оба поняли, что Чуви запел старую песню.
— Я сказал, что я буду прыгать. У меня в арсенале были защитные очки. Этого будет достаточно. И я тут присмотрелся. Подо мной город с множеством полуразрушенных заводов. Если я не ошибаюсь, то это Ди. И если я правильно рассчитал, то, прыгнув, я окажусь в районе старых заводских складов. Вроде как они там без толку простаивают. А для подстраховки я, пожалуй, включу маскировку.
— А ну стоять! Дурак! Это слишком рискованно! Совет теперь точно с нас шкуру спустит. Ладно Совет, а ты подумал, что твоя мать скажет, а она скорей и ещё даже не знает?
— Она знает, я её предупредил, — весело сообщил Чуви, разминаясь перед прыжком.
— Что? Как это? — поразился Петрос. Он побледнел и обмяк. — И она согласилась?
— Ну… как тебе сказать, — уклончиво ответил Чуви, дёрнув пальцами руки, закованной в бело-красную перчатку. В воздухе, в лёгкой вспышке света, появились парашютные очки. Чуви поймал их и натянул на голову. — Она была недовольна, конечно, но услышав, что я не против ещё одной недельки отсидки, не задумываясь, согласилась.
— Я и сам готов полезть туда и поймать этого ублюдка, но если всё изначально пошло не так, то лучше повременить. Пусть мне и не хотелось этого.
— Всё будет в лучшем виде, Старик! — начал его успокаивать Чуви. Ещё одно быстрое движение пальцами руки, ещё одна лёгкая вспышка света, и мусорщик, поставив ноги на ширине плеч и положив руки на бока, уставился на проход. На его запястье появился маленький серебряный браслет. — Меня никто не увидит. К тому же нельзя всё сбрасывать на неудачу. Ты не думал, что это может привезти, наоборот, к совершенно иному исходу? Может даже к удивительно счастливому концу или за наши муки мы получим небывало щедрый бонус?
— Чуви! Чёрт тебя дери, он и так у нас на крючке! Он не сможет сбежать из Грани!
— Да, но могут пострадать люди. Ты не был раньше настолько циничен, Старик. По крайней мере до такой степени. Ладно, — Чуви повернул браслет на руке и в тот же миг стал невидимым, — я пошёл.
Он разогнался, не слушая всё, что думает о его мнении Петрос, добежал до края прохода и прыгнул, начав свободное падение.
Ветер поднимал и трепал ему непослушные волосы, а воздух обтекал тело со сложенными и прижатыми к бокам руками и вытянутыми ногами. Летя головой вниз, он увидел, как перед ним простирались облака, готовые в ближайшее время разродиться дождём. Они приближались и приближались…
Потерянный и поникший Гарибальди уставился стеклянным взором на монитор, где через глаз Чуви было видно приближение земли. Из ступора его вывел голос Бэбила:
— Диспетчер Джехути, что там с нашим «идеалистом»? Буря не повлияла на сигнал с маячка? Или он его заметил?
— Была короткая потеря связи, господин, но я её быстро восстановил и уверен, что маячок по-прежнему на преступнике, а не на ком-нибудь ещё, — ответил Па. При этом он уставился на руку Бэбила, которой он опёрся об его стол. Мендель был удивительно серьёзен и всё время смотрел на монитор. — Ваша рука, господин?
— Что? — Бэбил, встрепенувшись, быстро убрал руку в карман.
