Для человека такого возраста он проявил большую подвижность и ловкость. Он обеими руками сжал запястье аль-Ауфа. Остановить удар у него не хватило сил, но он отвел его от груди Дориана. Сверкающее лезвие кинжала нырнуло в рукав его белой одежды и оставило ровный разрез в ткани.
Аль-Ауф отшатнулся, потеряв равновесие от внезапного нападения. Потом почти небрежно швырнул старика на пол:
– Ты за это заплатишь, древний дурак!
Аль-Ауф перешагнул через врача.
– Господин, не причиняй ребенку вреда! Подумай о пророчестве и о золоте! – умоляюще закричал Бен Абрам и схватился за подол одежды аль-Ауфа.
Корсар заколебался. Слова старика дошли до него.
– Ты потеряешь лакх рупий! – не умолкал Бен Абрам. – И проклятие святого Таймтайма падет на твою голову, если ты его убьешь!
Аль-Ауф неуверенно застыл на месте, но его губы искривились, кинжал в руке дрогнул. Он уставился на Дориана с такой ненавистью, что храбрость наконец покинула мальчика и он прижался спиной к стене.
– Плевок неверного! Да это хуже свиной крови! Он осквернил меня! – Аль-Ауф пытался заново разжечь потухающую ярость.
Он опять шагнул вперед, но тут же застыл, потому что по комнате разнесся властный голос:
– Стой! Опусти кинжал! Что это за безумие?
Принц аль-Малик величественно стоял в дверях комнаты.
Привлеченный криком и шумом, он вышел из спальни. Аль-Ауф уронил кинжал и растянулся перед принцем на каменном полу.
– Прости меня, благородный принц! – пробормотал он. – Шайтан на мгновение лишил меня рассудка!
– Мне следовало бы отослать тебя на твое собственное поле казни, – холодно произнес аль-Малик.
– Я пыль под твоими ногами, – заскулил аль-Ауф.
– Этот ребенок больше не принадлежит тебе. Он мой!
– Я готов искупить свою глупость так, как ты велишь, только не обращай на меня свой гнев, о великий принц!
Не удостоив его ответом, Аль-Малик посмотрел на Бен Абрама:
– Немедленно отведи ребенка на берег и посади на мое дау. Капитан уже ждет его. Я тоже скоро приду. Мы этим же вечером выйдем в море с отливом.
Двое из людей принца отвели Дориана к бухте. Бен Абрам шел рядом с ним, держа его за руку. Дориан был бледен; стараясь изображать храбрость, он изо всех сил стиснул зубы. Мальчик и его провожатые не разговаривали, пока не вышли на берег, где ялик с королевского дау ждал Дориана.
Дориан умоляюще заговорил с Бен Абрамом:
– Пожалуйста, идем со мной!
– Я не могу, – покачал головой старый врач.
– Ну тогда хотя бы до дау! Пожалуйста! Ты теперь мой единственный друг в целом мире!
– Хорошо, но только до дау.
Бен Абрам забрался в ялик и сел рядом с Дорианом, а Дориан придвинулся к нему поближе.
– Что теперь со мной будет? – шепотом спросил он.
– Что бы ни случилось, на все воля Божья, Красный Львенок.
– Они мне сделают что-то плохое? Продадут еще кому-то?
– Принц всегда будет держать тебя при себе, – заверил его Бен Абрам.
– Откуда ты знаешь? – Дориан прижался лбом к плечу Бен Абрама.
– Это из-за пророчества святого Таймтайма. Принц никогда тебя никому не отдаст. Ты для него слишком большая ценность.
– Что это за пророчество? – Дориан снова выпрямился и заглянул в лицо старому врачу. – Все говорят о пророчестве, но никто мне не сказал, в чем оно состоит.
– Тебе еще рано знать. – Бен Абрам снова привлек к себе мальчика. – Но однажды тебе все станет ясно.
– Разве ты не можешь сказать мне прямо сейчас?
– Для тебя может оказаться опасным такое знание. Ты должен проявлять терпение, малыш.
Ялик ударился о борт большого дау, где уже стояли люди, ожидавшие Дориана.
– Я не хочу туда идти. – Мальчик прильнул к Бен Абраму.
– На все воля Божья. – Старик мягко оторвал от себя пальцы Дориана. Матросы нагнулись и подняли мальчика на палубу.
– Пожалуйста, побудь со мной еще! – умоляюще произнес Дориан, глядя вниз, на маленькую лодку.
Бен Абрам не смог противиться.
– Я побуду с тобой до выхода в море, – согласился он и, поднявшись на палубу, направился следом за Дорианом в маленькую каюту, приготовленную для мальчика.
Он сел рядом с Дорианом на постель и достал что-то из сумки, висевшей на его поясе.
– Выпей это. – Он протянул Дориану маленький зеленый стеклянный фиал.
– А что это?
– Это смягчит для тебя боль расставания и поможет заснуть.
Дориан выпил содержимое фиала и скривился:
– Вкус просто ужасный.
– Вроде крысиной мочи? – улыбнулся Бен Абрам, а Дориан разразился смехом, больше похожим на рыдания, и обнял старого врача.
– А теперь ложись.
Старик подтолкнул Дориана, тот растянулся на постели, и какое-то время они тихо разговаривали.
А потом веки Дориана начали смыкаться. Он не спал всю предыдущую ночь, и теперь усталость и лекарство быстро одолели его.
Бен Абрам в последний раз погладил его по голове.
– Да поможет тебе Господь, дитя, – тихо сказал он, поднимаясь с постели, и вышел на палубу.
Топот ног над головой и раскачивание корпуса судна на воде, когда дау тронулось в путь, разбудили Дориана. Он огляделся в поисках Бен Абрама, но понял, что тот ушел. Вместо него рядом с его постелью сидела на корточках незнакомая женщина. В черном платье и покрывале она походила на нахохлившегося стервятника.
