– Джинни! – прошептала она.
Они вскочили и стали оглядываться, забыв об усталости. Звук как будто рассеивался в воздухе вокруг них, не имея источника.
– Откуда это слышно, Доули? – спросила Ясмини.
Но Дориан нетерпеливо шикнул на нее. Вскинув руку, чтобы призвать девочку к молчанию, он старался определить, откуда через террасу летит звук. Когда тот умолк, Дориан свистнул, и Джинни тут же откликнулся. Звук привел их к дальнему концу террасы.
Здесь, казалось, они подошли к тупику, но когда Дориан опустился на колени и прополз вдоль стыков стены купола, он добрался до самого края террасы, и там голос Джинни стал намного громче.
В этой части террасы все заросло сорняками и ползучими растениями, но Дориан нашел проход между ними – здесь как будто кто-то недавно прошел. Дориан двинулся дальше, отодвигая траву и приподнимая лианы, чтобы рассмотреть основание купола.
Тут он увидел коралловую глыбу, развалившуюся с одной стороны; в ней образовалось отверстие, достаточно большое для того, чтобы в него мог протиснуться Джинни. Когда Дориан приложил ухо к этой дыре, его последние сомнения развеялись. Крики Джинни доносились именно оттуда.
– Он там, внизу! – сообщил Дориан девочке.
Она радостно захлопала в ладоши:
– Ты можешь его достать, Доули?
Потом она приблизила губы к дырке и крикнула:
– Джинни, детка! Ты меня слышишь?
В ответ прозвучал слабый, но отчетливый писк из глубины дыры.
– Отойди-ка!
Дориан отодвинул ее в сторону и принялся голыми руками расширять дыру.
Эта часть стены не была оштукатурена, куски коралла и кирпичи отваливались под его пальцами. Дориан послал Ясмини за одной из бамбуковых палок, что грудой лежали у основания лестницы, и использовал эту палку, чтобы справиться с самыми упрямыми кирпичами.
Через полчаса он расширил дыру так, что смог пролезть в нее. Однако когда он заглянул в нее как можно дальше, увидел только клубившуюся пыль и темноту.
– Жди здесь, Ясси! – приказал Дориан и просунул в дыру ноги.
Но как он ни болтал ими – никак не мог нащупать пол или найти какую-нибудь опору. Ухватившись руками за край, он стал понемногу опускаться. Вдруг та часть стены, за которую он держался, обрушилась, и Дориан с испуганным криком упал в темноту. Он ожидал, что пролетит сотни футов и разобьется насмерть, но оказалось, что до земли было всего несколько дюймов. Однако удар о нее оказался таким неожиданным, что под Дорианом подогнулись ноги, и он упал.
С трудом он поднялся на ноги.
Ясмини встревоженно окликнула его сверху:
– Ты в порядке, Доули?
– Да.
– А можно мне туда?
– Нет! Оставайся наверху. И убери голову от дыры, ты мне свет загораживаешь.
Когда пыль немного осела, а глаза Дориана привыкли ко мгле, он стал осматриваться. Слабый луч солнечного света проникал вниз, и Дориан понял, что находится в узком коридоре, который, похоже, располагался в массивной внешней стене мавзолея. Он был немного шире, чем плечи Дориана, и достаточно высоким, чтобы он мог выпрямиться.
Голос Джинни раздавался где-то рядом, и Дориан двинулся на звук, чихая. Наконец он натолкнулся на деревянную дверь, перекрывавшую коридор. Она сгнила от старости и влаги и едва держалась на кожаных петлях.
Джинни, должно быть, повис на ней, и даже его малого веса оказалось достаточно, чтобы она качнулась и упала. И Джинни оказался под ней.
Он ободрал о дерево ногти, пытаясь выбраться, его мех покрылся пылью и мелкими щепками.
Дориан налег на тяжелую дверь, приподняв ее настолько, чтобы обезьянка смогла из-под нее выбраться. Джинни не пострадал, и он тут же взлетел на плечо Дориана и обхватил его шею обеими руками, что-то радостно щебеча.
– Ты глупый зверек! – выбранил его Дориан по-английски и погладил Джинни по голове, стараясь успокоить. – Это тебя научит, как забираться туда, куда не следует, безмозглая обезьяна!
Он принес Джинни к тому месту, где он прыгнул вниз, и передал мартышку наверх, в руки Ясмини, просунувшей в дыру голову и плечи.
Потом он вернулся к двери, приподнял ее за один конец и притащил к дыре.
Прислонив дверь к стене коридора, он воспользовался ею как лестницей, чтобы выбраться через дыру на солнечный свет.
Он весь оказался перемазан пылью и землей, так что пока Ясмини ласкала Джинни, бормоча ему всякие глупости, он смыл с себя хотя бы часть грязи.
Ясмини понесла мартышку вниз с террасы, но Дориан, прежде чем пойти следом за ними, вернулся и, поддавшись непонятному порыву, снова скрыл травой и лианами дыру в основании купола.
Прошло еще несколько дней, и Дориан вернулся туда, чтобы исследовать тайный проход. Ему не стоило говорить Ясмини о том, что задумал, потому что она, конечно же, увязалась за ним и потащила с собой Джинни.
Дориан тайком от Тахи стащил одну из ламп, а заодно кремень и кресало.
Они шли к террасе с великой осторожностью, чтобы их не заметил кто-нибудь из шпионов или прихвостней Каша. С этой целью они шли порознь, с разных сторон подбираясь к древнему мавзолею, и встретились у цистерны.
– За тобой никто не следил? – осведомился Дориан, когда Ясмини взбежала по ступеням с Джинни на плече.
