– Один раз он попытался. – Сара засмеялась и встряхнула головой так, что ее волосы затанцевали на ветру. – Сомневаюсь, что когда-нибудь еще попробует. Я разбила о его голову одну из его драгоценных китайских ваз. Крови было немного, но он вел себя так, словно умирал. Но хватит об этом! Слушай доклад.
– Разворот кругом! – перебил ее Том, и девушка мгновенно очутилась у фала бизани маленькой фелюги.
Она быстро изучила всю оснастку и уже превратилась в умелого матроса.
Том нанял это суденышко в порту Занзибара за несколько рупий в день, и они повели ее вокруг острова к его южной оконечности.
После маневра Сара вернулась к Тому и села рядом с ним.
– В общем, после того как Гай устроил вокруг настоящий сумасшедший дом, остаток дня он провел в своем кабинете. За ужином он почти не говорил, зато выпил две бутылки портвейна и добавил к нему мадеру. Потом двое слуг помогали нам с Кэролайн перетащить его наверх, в спальню.
– Так что же, мой близнец превратился в горького пьяницу? – спросил Том.
– Нет, это было нечто необычное; я впервые видела, чтобы он напился до полного ступора. Ты, похоже, очень странно влияешь на людей.
Она сделала это двусмысленное замечание так безмятежно, что Том не знал, как его понимать. А Сара весело продолжила:
– Когда его уложили и Кэролайн тоже легла, я спустилась в его кабинет и увидела, что он написал целую кучу писем. Я сделала копии с тех, которые касаются нас.
Из кармана юбки она вытащила сложенные листы:
– Здесь есть письма к лорду Чайлдсу и твоему брату Уильяму.
Она протянула копии Тому.
– Держи руль.
Он передал ей руль, и Сара встала на транец. Ветер тут же раздул ее юбку так, что ноги девушки открылись до колен, и на них заиграло солнце. Том с усилием отвел взгляд от этих длинных сильных ног и сосредоточился на бумагах. Прочитав первый лист, он нахмурился, а по мере чтения хмурился все сильнее и сильнее.
– Подлый ублюдок! – воскликнул он наконец и тут же извинился: – Ох, прости меня. Я совсем не хотел выражаться так грубо.
Сара засмеялась, чуть прищурив глаза:
– Если Гай ублюдок, то ведь тогда и ты тоже? Так что лучше нам выбрать для него другое определение. Как насчет жабы или задницы?
Том почувствовал, что краснеет; он никак не ожидал, что его могут превзойти в подборе ругательств. Он поспешил сосредоточиться на письме Гая Уильяму. Он испытал странное чувство, читая письмо к человеку, которого убил.
Дочитав, он порвал оба письма и швырнул их в воздух. Они с Сарой наблюдали, как обрывки улетают по ветру, как белые чайки.
– А теперь расскажи мне о встрече с султаном. Все до последней подробности, – потребовала Сара.
Прежде чем ответить, Том встал и подошел к мачте. Он опустил латинский парус, и движение фелюги сразу же изменилось: она больше не ныряла и не подскакивала на волнах под порывами ветра, а плавно, неторопливо покачивалась на них. Том вернулся и сел рядом с Сарой, но не касаясь ее.
– Мне пришлось силой прорываться в его внутренний кабинет, – сказал он. – Но я вооружился цитатами из Корана.
Он подробно описал ей всю встречу, повторив слово в слово разговор. Сара слушала серьезно и внимательно, ни разу его не перебив, и Том даже по их столь недолгому знакомству понимал, что для нее это необычно.
Раз или два во время рассказа Том терял нить и повторялся. Широко раскрытые глаза Сары были чистыми и ясными, как у здорового ребенка. Их лица находились так близко друг к другу, что Том ощущал нежное дыхание Сары.
Когда он закончил рассказ, оба долго молчали, но ни один не сделал попытки отодвинуться.
Молчание нарушила Сара.
– Ты собираешься меня поцеловать, Том? – Она отвела с лица длинные пряди растрепанных ветром волос. – Потому что, если собираешься, сейчас как раз подходящий момент. Здесь нас никто не увидит.
Том придвинулся к ней, но замер, когда между их губами оставалось не больше дюйма: его вдруг охватило почти религиозное чувство благоговения, ему показалось, что он совершает святотатство.
– Я не хочу делать ничего такого, что может тебя обидеть, – хрипло пробормотал он.
– Не будь таким болваном, Том Кортни!
Хотя она его обругала, в ее голосе слышалось чувство, а глаза медленно закрылись, сомкнув густые темные ресницы.
Сара провела розовым кончиком языка по губам, затем выжидательно замерла.
Том ощутил почти неудержимое желание схватить ее и изо всех сил прижать к себе. Но вместо этого он осторожно прикоснулся губами к ее губам, так легко, словно бабочка к лепестку. В его груди все сжалось так, что он едва не задохнулся.
Через мгновение Том отстранился.
Сара открыла глаза, ошеломительно зеленые.
– Черт тебя побери, Том Кортни! – сказала девушка. – Я так долго ждала, а ты только вот это и смог?
– Ты такая нежная и прекрасная, – пробормотал Том. – Я не хочу причинить тебе вред или вызвать твое презрение.
– Если не хочешь, чтобы я тебя презирала, придется сделать кое-что получше.
Сара снова закрыла глаза и прислонилась к Тому. Он колебался лишь долю секунды, а потом обнял ее и впился поцелуем в ее губы.
