– Всякое возможно, мистер Тайлер, даже то, что консул Грей – честный человек, – согласился Хэл.
– Думаю, и до луны дотянуться можно, капитан, – совершенно серьезно откликнулся Нед.
Хэл посмотрел вверх, на высокие стены форта, сиявшие в раннем свете жемчужной белизной, и вдруг насторожился.
На вершине башни восточного бастиона вспыхнула искра огня. И пока Хэл наблюдал, в воздух поднялась тонкая струйка белого дыма, тут же унесенная муссоном.
– Думаешь, они подали сигнал из крепости? – негромко спросил Хэл.
– Этот дым легко заметить даже с материка по другую сторону пролива, – высказал свое мнение Нед. – Или за двадцать лиг отсюда в море.
Пролив был таким узким, что, когда солнце показало свой сияющий край из-за горизонта, они увидели впереди землю Африки во всех подробностях, и ее далекие горные вершины загорелись солнечным огнем.
Хэл оглянулся. Маленькая флотилия дау по-прежнему шла у них в кильватере.
Хэл пока что поднял не все паруса, и на грот-мачте были взяты три рифа, так что «Серафим» шел легко, но не спеша. А два из преследовавших его дау двигались быстрее остальных. И они не отставали от «Серафима», в то время как другие постепенно удалялись.
– На палубе! На материке дым!
Голос Тома донесся с мачты, и Хэл прошел к поручням подветренного борта.
Тонкий столб дыма поднимался из зелени на одном из мысов, что охраняли извилистый берег, усыпанный белым коралловым песком. Дым имел неестественно белый цвет, серебристый, и тянулся строго вверх, пока его вдруг не подхватил ветер и не размазал в воздухе, превратив в длинную полосу над вершинами зеленых холмов.
Весь день они шли на юг. И, сопровождая их, все новые дымки взлетали над сушей, как только «Серафим» равнялся с каким-нибудь мысом или утесом, и этот дым был виден на много миль вокруг.
Флот мелких дау продолжал идти следом, два судна покрупнее держались в двух или трех милях позади. Но когда солнце начало опускаться к горизонту и окрасило клубящиеся облака красным и золотым, эти два дау взяли рифы на своих парусах и почти незаметно сократили разрыв – теперь даже в угасающем свете они отлично просматривались с палубы «Серафима». Через подзорную тубу Хэл видел множество людей, толпившихся на палубах дау.
– Думаю, они ожидают очень скорого начала событий, – сказал он Неду Тайлеру. – Я хочу, чтобы команда поужинала, пока еще день не кончился. Они должны быть готовы к ночным действиям.
Нед выглядел мрачно: даже могучий боевой корабль терял преимущества в ночи, выступая против никудышных по качеству, но многочисленных врагов. Под покровом темноты флот мелких дау мог подойти совсем близко и выбросить на палубу большого судна толпу вооруженных людей до того, как пушки сумеют их отогнать.
В этот момент с мачты раздался крик:
– На палубе! Маленькая лодка прямо по курсу! Похоже, терпит крушение!
Хэл быстро подошел к поручням впереди и поднял подзорную трубу. Он увидел корпус рыбацкого дау, перевернувшегося и наполовину затонувшего. Видна была только обшивка днища. Из воды вокруг торчали головы. Когда «Серафим» приблизился, люди замахали руками и закричали:
– Бога ради! Помогите! Вас Господь послал спасти нас!
Когда корабль оказался так близко, что уже различались лица людей, барахтавшихся вокруг дау, Хэл отдал приказ сбавить ход. «Серафим» повернул к ветру и медленно подошел к перевернутому дау.
– Отправьте баркас собрать их! – приказал Хэл.
Пока спускали баркас и он шел к барахтавшимся в воде, Хэл сосчитал головы.
– Двадцать два. Большая команда для такой маленькой лодки, мистер Тайлер.
– Да уж, капитан, необыкновенно большая.
Хэл отошел к трапу, где ждали Большой Дэниел и Эл Уилсон вместе с группой вооруженных матросов.
– Мы готовы оказать им гостеприимство, мистер Фишер?
– Встретим так, что им покажется, будто они в раю! – зло ответил Большой Дэниел.
Баркас, теперь битком набитый мокрыми, оборванными спасенными, пошел к «Серафиму», сидя глубоко в воде.
Внезапно Эл Уилсон тихо присвистнул, и его красивое смуглое лицо осветилось дьявольской радостью.
– Вон тот здоровяк на носу! С бородой! – Он показал на одного из спасенных. – Я его знаю. Боже, вот удовольствие – снова с ним встретиться! Он командовал бандой тех головорезов, которые напали на «Минотавр» точно таким же образом!
– Отойди назад, пожалуйста, мистер Уилсон, – тихо сказал ему Хэл. – Чтобы и он не узнал тебя. Пусть сначала поднимется на борт, а уже потом тебя увидит.
Баркас зацепился за цепи на корпусе «Серафима». Первый из спасенных поднялся по трапу – и тут же упал на колени.
Он прижался лбом к палубе, и стекавшая с его длинной мокрой одежды вода образовала лужицу вокруг него.
– Да благословят Аллах и все Его святые этот корабль! Ваши доброта и милосердие будут занесены в золотую книгу…
– Эй, парень, довольно!
Большой Дэниел рывком поднял его на ноги, а матросы оттеснили ошеломленного араба к поручням и окружили его.
Следующим по трапу поднялся высокий бородатый мужчина. Он раскинул руки, и его длинный мокрый балахон облепил худощавую фигуру.
– Это самый благоприятный из всех дней! Мои дети и мои внуки… – начал он звучным голосом.
