Пенсионер попытался прикрыться руками, но струя то поднималась вверх, то опускалась вниз, как если бы она бежала из шланга, которым умело управлял садовник или пожарник, и не оставляла пенсионеру никаких шансов отбиться.
– Да сколько же можно уже! – закричал мокрый Петролич, размахивая руками. – Что за произвол! Сталина на вас нет!
– Сосал мне во сне деееед, – ответил эхом призрак, в очередной раз исказив слова сторожа.
– Бог ты мой, – выдохнул Петролич, понимая, что сегодняшняя ночь будет, скорее всего, тяжелее вчерашней.
– Лоооох немой, – пролетело эхо, а следом – коробка, от которой сторож с трудом увернулся.
Пенсионер опять спрятался за диван, снова используя его как укрытие.
Полтергейст выждал несколько секунд и обрушил на сторожа безбожный огненный дождь из всех предметов, которые находились на складе.
Петролич вжался в пол, закрыл глаза и прикрыл голову руками, произнося вслух как можно увереннее: «Жить без страха, не бояться! Жить без страха, не бояться!»
На полтергейста это никак не подействовало, и он продолжил буянить, добавив ко всему происходящему зловещее эхо: «Жить без трааааха, не ебаааацаа».
Пенсионер терпел и пытался побороть свой страх, затем слегка выглянул из-за дивана и пришёл в ещё больший ужас от увиденного: в помещении как будто одновременно сочетались такие явления и состояния, как невесомость, вихрь и безумие.
– Спаси и сохрани, – прошептал сторож и перекрестился.
– Соси мой сахарный, – тут же откликнулся полтергейст.
Когда летающие предметы наскучили призраку, он стал хватать сторожа за ногу и поднимать его вверх. Петролич изо всех сил держался за спинку дивана, с ужасом наблюдая, как угол дивана вместе с ним начал приподниматься в воздух.
– Прекрати! – кричал пенсионер. – Прекрати!
Больше он не мог удерживать диван и отпустил его, тот грохнулся на пол, а сторож буквально полетел, оспаривая своим действием закон всемирного тяготения.
– Ты что же делаешь, нехристь! Оставь меня в покое, нечистая! – возмущался сторож, пролетая над своим рабочим местом. – Отпусти! Дай сяду, ну! – дёргался сторож и вдруг наконец-то упал прямо на диван, который мгновением ранее не удержал.
– Опусти на него сединуууу, – провыл дух и притих, будто слушая, что ещё скажет сторож.
Петролич схватился в страхе руками за голову, пригладил волосы, посмотрел перед собой и вдруг так сильно разозлился, что не смог сдержаться:
– Седину? – сторож пытался понять, куда ему смотреть, чтобы высказаться прямо в лицо подлецу. – Да я уже лет как десять седой! Ты же… Неужели… Ты что?.. Да как ты…
– Ку-ка-ре-ку! – закричал будильник, перебив своего хозяина и не дав тому договорить мысль.
С криком будильника полтергейст и вовсе исчез.
Пенсионер отдышался и принялся убирать погром. Он подметал пол и расставлял коробки с товаром на полки, но голова его была забита совершенно другими мыслями.
В момент, когда распетушился будильник, сторожа осенило. Но он так сильно разволновался, что не сразу смог прийти в себя и всё хорошенько обдумать.
Когда склад был приведён в порядок, а в здание начали приходить люди, сторож оделся и заторопился домой. Он выбежал с работы, не замечая никого вокруг – ни любопытствующего слесаря, ни непоколебимую Отдел Кадров.
Всё сознание пенсионера накрыла идея, как избавиться от назойливого призрака, из-за чего Петролич не мог ни на чём сосредоточиться.
Как и вчера, он снова не мог уснуть после тяжёлой рабочей смены. Он лежал на диване, ворочался, но его мысли по-прежнему занимал шумный дух и метод борьбы с ним.
Он переворачивался с бока на бок и набрасывал в голове текст, который собирался озвучить своему необычному знакомому в следующую смену. Попутно он проговаривал его в голове, репетируя интонацию и изменяя неудачные предложения на более подходящие обороты.
Пенсионер был уверен, что его план сработает, потому что, как он считал, ни одна сила не сможет устоять перед настоящими, искренними чувствами. Будь то ядерная мощь великой державы или неведомая ёбаная хуйня.
За целый день он так и не поспал и даже ничего толком не поел. А когда на улице стало темнеть, Петролич быстро оделся и заспешил на свою новую работу.
Третья смена началась так же, как и первые две. Сначала всё было тихо и помещение, за которым следил сторож, выглядело спокойным, одиноким и брошенным.
Петролич был серьёзен. Он старался не шевелиться и не нарушать тишину, чтобы была возможность реагировать на каждый шорох, который он может профукать обычным кряхтением, протиранием своих очков или сморканием в платок.
Наконец полтергейст себя обозначил и пошумел пустой коробкой из-под чего-то, бросив её из одного угла склада в другой.
Петролич напрягся, повернул голову на шум, встал, подошёл к коробке, поднял её и поставил на место. Полтергейст будто этого и ждал, потому что уже в следующую секунду пустая коробка, которую сторож только что поставил на место, снова полетела в тот же угол.
– Всё играешь, – пенсионер снова её поднял и вернул на то же место.
