Вообще, мне кажется, врачи – те ещё быдло и гопники. Когда я ходил на удаление вросшего ногтя на большом пальце левой ноги, хирург мне так выебал мозг, что я был готов сам себе отрезать ноготь вместе с пальцем, лишь бы это говно не слушать. Он начал меня уверять, что операция платная, стоит столько-то, гони бабки или я не буду ничего делать. Потом доебался до пирсинга в ушах, начал пиздеть, что я бездарь, иждивенец, урод и чмо. А потом, когда я наконец-то оказался на медицинской кушетке, я задрал штанину, и он увидел кусочек татуировки на ноге и пиздел ещё минут пять.
И в итоге мало того что я у него пробыл вместо десяти минут полчаса, так он, сука, ещё отрезал мне ноготь хуже всех (это была уже четвёртая подобная операция). Короче, теперь у меня уродский ноготь на пальце благодаря жирному пидору, который любит пиздеть, а не работать.
Уверен, в медицине лажа врачей – не редкость. Я знаю случай, когда врач-практикант ставил клизму совсем маленькой девочке, грудному ребёнку. И промахнулся, вставил не туда. Как можно быть настолько бестолковым?! А вот откуда я знаю эту историю? Да потому что я и есть та самая маленькая девочка! И у меня клизмофобия… Мне страшно…
– Следующий, фамилию называйте! – услышал я голос медсестры.
Следующим был я. Я подошёл к кабинету и сказал:
– Павловский.
– Первый раз? – спросила медсестра, записывая мою фамилию в журнале.
– Да.
– Давайте мне лекарства, – она повернулась ко мне.
Блядь! Мне стало стыдно. Я её узнал. Надеюсь, она меня нет. Я протянул ей пакет с лекарствами и сказал:
– Вколите мне яд, и покончим с этим, сестрамед.
– Жить надоело? – она посмотрела на меня с улыбкой.
– Я слишком долго просидел в очереди, наслушался всякого, теперь и помирать не страшно.
– Я за смену ещё больше «всякого» слушаю, поверьте, – ответила медсестра, давая понять, что её «всякого» знает, плавало и моему «всякому» в прадеды годится.
– А вы заметили, как я вас модно назвал, поменяв слова местами? Вы даже никак не отреагировали. Неужели не понравилось?
– Заметила, очень оригинально. Ягодицу давайте, – она уже была готова меня уколоть и, похоже, она меня не помнила.
– А в пятку нельзя замутить? – уточнил я, нехотя расстёгивая ремень и спуская джинсы.
– Нет, – ответила медсестра и вонзила мне в жопу баян.
– Какое унижение, – сказал я, надевая обратно штаны.
– Ничего страшного. Теперь садитесь на стул и давайте мне вену.
Или она притворяется, что меня не помнит?
– А если я с гердосом приду, тоже бахнете? – я протянул ей левую руку.
– Нет! – ответила девушка, даже не собираясь делать вид, что ей понравилась шутка.
Я понимал, что она в заёбе, ей не до смеха, а я отнимаю у неё время своей болтовнёй, но не пиздануть эту хуйню я тоже не мог. Я же Серёжа.
– Всё? – спросил я, когда второй укол был тоже сделан.
– Да.
– Благодарю за несколько новых дырок, – проворчал я. – У меня как раз без них не получалось стать фонтаном. – Носите на здоровье. Лекарства не забудьте.
Я взял пакет с ампулами, попрощался с ней и вышел из кабинета.
Прошлым летом я со своим другом шатался по ночному городу в надежде познакомиться с тёлками. Мы почти никого так и не встретили, за исключением нескольких прикольных. И конечно, ни с одной так и не познакомились. Одной из тех нескольких прикольных была как раз эта медсестра.
Мы преградили ей путь и начали нести полный бред. Она сразу поняла, что мы два лошпена, которых не стоит бояться, обошла нас и пошла дальше. Мы догнали её и снова преградили ей путь. Потом представились и стали просить её, чтобы она сказала нам своё имя. Ей эта идея не понравилась, она снова нас обошла и продолжила путь домой или куда она там шла.
Я оставил попытки познакомиться с ней и остановился, а мой друг, возмутившись таким поведением девушки, пошёл за ней следом. Он шёл молча в шаге от неё, шёл за ней, шёл и смотрел на неё, шёл, а потом не выдержал, догнал и шлёпнул её по жопе. После этого развернулся и дал ёбу.
Шлепок получился сильным, и эхо разлетелось по пустынной улице и дошло до меня. Я хихикнул, и мне стало стыдно за поступок своего друга и за себя тоже.
Очень хочу верить, что она меня сейчас не узнала и не узнает вообще. Иначе это ёбаный стыд, пиздец и грусть ебаная.
Я вышел из больницы, домой валить желания не было. Я решил немного сменить маршрут и заглянуть в столовую, где работал мой кореш Макс. Я достал телефон и позвонил ему.
– Алё.
– Алё, Макс. Ты работаешь сегодня, уже на месте?
– Я – да, а хуй – в тесте, – ответил Макс.
– Я тут рядом нахожусь, могу зайти, если хочешь.
– Давай, заваливай, – согласился мой друг.
