«Оо, какой жёсткий контраст! – подумал я про себя, ещё больше разочаровываясь в этом дне. – Только я повеселел, вспомнив про петарду, как мне сейчас в очередной раз объяснят, кто я по жизни и где моё место. Типа: вот ты сидишь на киче, а тебе дают веник и говорят: „Ну-ка сыграй“. А что ты ответишь? – Не знаю. – Лохан, блядь. Надо отвечать: „А ты настрой, ёпта“. Хаха. А нарисуют тебе мяч на стене и скажут: „Пни! “ Хули ты будешь делать, а? – Не знаю. – Ну ты дуралей ваще, блядь. Надо отвечать: „А ты, на хуй, накати, блядь“. Хахаха! А слышишь, иди сюда. Ну-ка встань на эти две спички. Да заебал, не ссы. Давай, вставай. И теперь возьми ещё в каждую руку по спичке. Да не ссы, больно не будет. Бери! Да бери, заебал, не обижу. Ха-ха, блядь, смотри, лыжник, ебать. Слышь, лыжник, блядь, езжай на олимпиаду, на хуй. Хахаха. Раиса Сметанина, блядь».
– Здорово! Как тебя зовут?
– Серёжа, – представился я, пожимая протянутую руку.
– Паша, – представился он в ответ. – Давай отойдём кое-куда, попиздеть с тобой надо.
– Говори здесь, я не хочу никуда идти, – как-то резковато ответил я и даже сам испугался, потому что, если всё кончится для меня плохо, я не уверен, что смогу выдержать этот борзый темп до конца.
– Чё ты такой грубый? Расслабься.
– Чё ты хотел?
– Эта… – начал он, оглядываясь по сторонам. – А ты чё так со мной грубо разговариваешь?
– Говори, что хотел, мне некогда.
– Слышь… Есть телефон позвонить?
– Нет.
– Ну чё ты мне пиздишь? Сейчас у всех есть телефоны, – он достал свою трубку и начал крутить её в руках.
– Так со своего и звони, – ответил я.
– Да я с корешем из другого города побалакал несколько минут, и весь кэш как Фома хуем слизал. А мне надо с тёлочкой всего на два слова созвониться, и всё. Чтоб ты ничего не подумал, я тебе свой телефон в залог оставлю. Смотри, нульцель, ёб, – он протянул мне свой мобильник.
– У меня нет телефона, – я стоял на своём.
– А если я найду? – он убрал свою трубку в карман.
– Чё, парней нравится лапать?
– Ты хули мне дерзишь?
– Ты дерзишь! Я тебе сказал, что у меня нет телефона, а ты мне не поверил и начал угрожать.
– Пиздец ты, Серёга, отчаянный, бля. Чё, метла заебись работает, да?
Я не знал, что такое метла в его контексте, и не знал, что ему на это ответить. Я бы вообще с удовольствием с ним даже не стал разговаривать, но мой опыт мне говорил, что игнор для меня не вариант.
– Покажи мобилу, – снова начал клянчить Павел.
– Да нет у меня мобилы, сказал же!
– Пиздишь ты мне, Серёга. Кто пиздит, тот пидорас.
– Ладно.
– Кто пиздит, того ебут. Согласен?
– Мне всё равно. Если это всё, то я пойду.
– Стой, – Пашаня схватил меня за руку.
– Чё тебе надо? – я вырвал свою руку.
– Короче, Серый, такая тема… Надо денег!
– У меня нет.
– Опять пиздишь. Я с тобой по-хорошему, а ты мне пиздишь, – Павел развёл руками.
Вот этой фразой он как бы намекнул, что у него раздвоение личности, потому что когда гопников двое, они часто играют в плохого и хорошего. Один напирает и говорит, что сейчас ёбнет, а второй его типа успокаивает, а потом поворачивается к терпиле и говорит: «Слушай, дружище, я не смогу его долго сдерживать, давай уже решай что-нибудь», намекая, чтоб тот им добровольно отдал деньги с улыбкой на лице.
Так же и Паша, видимо, боролся со своей тёмной половиной, которая хотела меня отпиздить:
– Я только что видел, как ты сигарчухи в магазе покупал!
Очень хотелось сказать: «Кто пиздит, того ебут, согласен?» – потому что я не курил, в магаз не заходил и ничего там не покупал, но ко всему этому, чего я не делал, я ещё был сыклом и сказал только:
– Я не курю и сигареты не покупал. И денег у меня нет.
– Чё, блядь, даже, писярика не будет, что ли? – напирал на меня Павло.
– Нет.
– А это чё? – он кивнул на мой пакет с лекарствами.
– Какая разница? – я не хотел доставать ампулы и показывать ему, потому что боялся их разбить, а лекарства были недешёвые. Да и вообще, тебя ебёт? Ты кто, на хуй, такой, чтоб я с тобой, блядь, разговаривал, хуесос?
– Вопросом на вопрос отвечают только пидоры. Ты чё, Серёга, пидор, что ли?
– Нет.
Как-то я шёл домой, обгонял двух парней по дороге и попал на интересную часть рассказа: «…а он ко мне подходит и начинает что-то говорить. А я ему в ответ: „Слушай, я не силён в ваших базарах, качелях. Если хочешь, давай один на один прямо сейчас…“»
Я их обогнал, и что было дальше, не слышал. Как жаль, что я не могу так же сказать этому дятлу. Я знаю прикольное выражение от Макса: «Я тебе рожу растворожу», но вот сказать его, конечно, зассу, а уж ёбнуть ему – тем более. В этом была моя проблема – я всегда боялся ёбнуть первым, ёбнуть вообще. Боялся драки. И я очень тяжело входил в состояние, когда всё похуй и будь, что будет. Да мне вообще это состояние было незнакомо.
