– Хрен на них.
– О! А вот наша гордость!
– Сколько у вас баллонов ушло?
– Около восемнадцати.
– Прикольно!
– Давай, фоткай.
– Да, давай, фоткай, и пойдём ужо лехус искать.
– Короче, ты меня понял, да?
– Да!
– Найдёшь, объяснишь, накажешь.
– Да понял я!
– Неделю тебе на всё про всё, мнять. Не сможешь – тогда я!..
– Алё.
– Алё, Стакан?
– Чё хотел? Я сплю.
– Дарова.
– Дарова. Чё хотел?
– Мою тачку разрисовали.
– Какую тачку?
– Джип!
– Новый?
– Нет, мнять! Старый!
– Когда?
– Ну, ночью, видимо!
– Ни хрена себе – беспредельщики! Тебе ж её только что подарили! Борзеют малолетки! Чё планируешь предпринять?
– Отмывать, мнять! Найду этих ублюдков! Поможешь?
– Базара мало! Завсегда!
– Ладно. Давай, вставай и ко мне подваливай, ща Колючему звякну.
– Давай. Ща буду.
– Алё.
– Дарова.
– Дарова. Чё так рано?
– У меня тачку расписали.
– Кто? Какую? Джипер, что ли?
– В пальто! Я в душе не… Да, джипер.
– И?
– Хочу найти этих уродов. Стакан ща ко мне подвалит. Ты как?
– За! Ща зайду.
– Давай.
– Ого!
– Вот тебе и ого.
– Даже колёса покрасили, суки, мнять!
– Да вообще звездец!
– Какие идеи есть? Как найти собираешься?
– Не знаю пока. Срисую эти каракули и буду каждого широкоштанного ублюдка тормозить и в харю ему эти каракули тыкать и спрашивать, кто этот хренов каракулист.
– Кстати, это мысль. Где-то же они тусуются. Нужно заглянуть к ним на огонёк и побалакать.
– По-любому.
– А где тусуются?
– Мож, в подъездах?
– А мож, на хате?
– Да мне по херу, где, мнять! Скоро будут на том свете!
– А как ты это прочитаешь?
– Об елдак!
– Начни с лобовухи, там что-то большими буквами написано.
– Правда? И как это я не заметил!
– Да не, я не про то. Я про то, что они могли там написать что-то своё главное. Название какое-то.
– Слушай, Стакан, здесь вся машина в названиях каких-то. Они же писали не «Помой меня» и «Васька – сука, здесь был Петя».
– Обожди, Колючий! Стакан тему двигает.
– Ну! У этих отжаренных же какие-то команды. Как-то же они там называют себя.
– Хе! Почему отжаренных?
– А в шапках пожизняк ходят. И летом, и зимой.
– Зимой и летом одним цветом, мнять. Кто это?
– Отжаренный широкоштанёнок! Ха-ха-ха!
– Хорош ржать, придурки.
– Да ладно, Мартын, не в обиду же.
– Кароча, давай разбираться. Зашифруют же, суки.
– Ну, второе слово на лобовухе – это «Crew».
– И чё это значит?
– Знаю я словно. Я чё – английский учил, что ли?
– А может, не… твою мать. Как ты сказал?
– «Крев».
– Это «крю».
– Что?
– Во что! Это «Крю»! С английского значит «команда», учи олбанский, лапоть.
– Ну, я же говорил, что у них как-то команды называются.
– И чё? Тут полгорода в этих «crew» исписано! Первое слово надо.
– Давай, мож, по буквам. Так легче.
– Первая «X».
– А может, «Т»? Просто под наклоном?
– Плевать! Дальше.
– Вторая на «Е» похожа. А ещё на «О».
– Потом две какие-то одинаковые буквы.
– Стойте. «Terror Crew», ёпты!
– По-любому. Малаца, Колючий!
– Подожжите, я не догнал. Как вы догнали?
– Смотри! Первая «Т», вторая «Е», потом две «R»…
– Всё, догнал. Здорово. И? Дальше…
– Надо записать, а то забуду нахер.
– Как искать-то?
– Давай пожрём сначала, а потом решим.
– Давай.
– Охренеть! Обезбашенные.
– Впечатляет?
– А як же!
– Давай, фоткай – и сваливаем. Может, нас тут караулят.
– У тебя паранойя, Муравей, спокойствие.
– Да тихо вы! Тут надо несколько кадров сделать. Машина же со всех сторон исписана.
– Так делай!
– Отвали. Без сопливых…
– А где у тебя родаки?
– Не знаю.
– Чё жрать будем?
– Чё найдёте.
– Как всегда?
– Что – «как всегда»?
– Никакого обслуживания.
– У меня самообслуживание.
– Я и сказал – «как всегда».
– В общем, так. Название команды известно. Может, остальные надписи – это их имена?
– Скорее всего.
– Попробуем расшифровать?
– Хрен ты там чё расшифруешь. Там так всё замалёвано…
– Да они, наверное, и сами не поняли, что написали.
– Да по-любому!
– Будешь спрашивать всех широкоштанинных?
– Можно. Можно взять биты, позвать ещё парней и пойти крошить этих уродов. До тех пор, пока нам не сдадут нужных.
– Тоже мысль, кстати.
– Ага. Так можно и замочить ещё кого-нибудь. Я просто так это сказал, если чё.
– А мне понравилась идея.
– Тебе вечно мясо нравится.
– Да, я де всегда за беспредел!
– А как их ещё найти?
– Не знаю.
– Ну хотя бы прикиньте, где эти отмора могут тусоваться?
– Да на помойке какой-нибудь, мнять.
– Всё равно сейчас утро. Я пытаюсь быть сдержанным. Хочу думать. Я не могу просто сорваться и пойти всех широкоштанных мочить.
– Да. Демон сел вот так за тяжкие телесные.
– Знаю. Я был на суде.
– О! Кто пришёл?
– Ща гляну. А… батя.
– Здрасьте.
– Ссьте.
– Здорово, пацаны. Как жизнь молодая?
– Отлэ!
– Отлэ! Э! Чё, блатной, что ли? Ну и словечки у вас.
– Пап, иди-ка сюда на минуту…
– Чего хотел?
– А что с машиной-то делать?
– Что делать! Заново красить. Ты мне этих уродов найди, а покраска – моя проблема.
– Ладно.
– Чё там у вас? Движется?
– Потихоньку.
– Ну смотри.
– Э! Парни. Поели? Ну чё, идём?
– Идём.
– Пойдём просто пошляемся – может, кто-то что-то где-то как-то…
– Куда пойдём?
– Да пойдём просто по дворам. Может, они щас где-то сидят.
– Пойдём.
