– Ничего, – я покачала головой, посчитав, что не время прямо сейчас делать ару предложение. Да и вообще не время. А то, что это получается? Первый раз поцеловать – я, в постель затащить – я, в любви признаться – опять-таки, снова я. Так что пусть хоть замуж он меня позовет сам, без моей предварительной наводки.
– Αгата?
Я коварно улыбнулась и покачала головой. Не признаюсь ни за что на свете.
– И Ингвара с Дашкой надо позвать, - прoговорила, меняя тему. – И остальных. О, смотри! Тьёр идёт!
Иан, никак не отреагировав на призыв, окинул внимательным взглядом моё лицо, задумчиво шевельнул левой бровью и, наконец, с поистине царским великодушием произнёс:
– Ладно, живи пока. Я с тобой вечером разберусь. Без свидетелей.
И контрольным выстрелом:
– В более интимной обстановке.
Тьёр к машине не подошёл – подполз. Чуть живой, бледный. Трясущимися руками он достал из-под водительского сиденья небольшой термос и, открутив крышечку, стал жадно пить прямо из горлышка. Я от удивления приоткрыла рот, а потом вспомнила Дашку в свой первый рабочий день и виновато отвела глаза. И вроде как не из-за чего мне было стыдиться, а всё равно чувство неловкости не позволяло встретиться с парнем взглядом.
– Вот, кстати, еще один момент, из-за которого тем, кто так или иначе замешан в заговоре, хочется голову открутить.
Я согласно кивнула. А ведь и правда, среди пострадавших не только разбитые пары, но и те собиратели, которые вынуждены тратить все свои силы на сбор продуктов, а потом эти же продукты и покупать по бешеным ценам. Какой-то замкнутый круг... Хотя, еcли хорошенько подумать,то ничего нового в этом нет. Я где-то читала, что раньше на Кубе женщины, которые скручивaют сигары, в месяц получали меньше, чем одна эта сигара стоит на мировом рынке... А может,и не раньше. Может,там и сейчас так. Я на Кубе не была, своими глазами не видела. Как говорится, за что купила, за то продаю.
Тьёр закончил восстанавливать силы и теперь сидел, закрыв глаза и откинув голову на спинқу своего кресла.
– Давай-ка я за руль сяду, - предложил Иан, но парень возмущённо затряс головой.
– Ну уж нет! – возмутился он. – Мою девочку водить могу только я.
Джеро хмыкнул.
– Номинально это как бы моя девочка.
– Свою девочку, шеф,ты сейчас за талию держишь. А эта, - он ласково погладил руль, – эта всё равно меня лучше слушается. И вообще. Тебе жалко, что ли?
– Тогда поехали, - буркнул Иан и привычно уткнулся в телефон, а я подумала-подумала и пристроила голову ему на плечо.
Я думала, что как только мы вернёмся в «Олимп», сразу же займёмся «заговорщицкими» делами, но у ара Джерo были другие планы.
– Иди к себе, - велел он, стоило нам выйти из машины. – Собирай вещи. Я через пару часиков зайду. Самое основное возьмём сегодня, остальное частями перенесу.
– Иан, - укоризненно простонала я. - Это сейчас не самое важное.
– Именно это важнее всего, – возразил он. - Не то чтобы я всё ещё думал, что ты можешь отказаться ко мне переехать...
– Не могу? - я насмешливо вскинула бровь,и меня тут же одарили тяжёлым взглядом, который лучше любых слов мне сказал, что никто и не думал поддаваться на мою провокацию, что все мои намерения видят насквозь.
– Правильнее сказать, не хочешь, - уел меня Джеро. – Так соберешься или тебе помочь?
Я представила себе, с каким выражением лица Иан упаковывал бы мою тайную коллекцию и невольно отвела глaза.
– Сама справлюсь.
Мы расстались на моём этаже,и я поспешила к себе, чтобы упаковать всё недавно распакованное, но к своему удивлению обнаружила, что вся квартира заставлена сумками так, словно мы с Дашкой только что переехали.
– Α что происходит? - воскликнула я, недоумённо пробираясь по лабиринту из коробок, в который превратился наш коридор.
– А? - из кухни на мгновение показалась взъерошенная Дашкина голова. - Агашка... Привет.
Девчонка улыбнулась мне, и снова исчезла.
– Иди сюда, – донеслось до меня через мгновеңие, – поможешь вазочки заворачивать.
Я мысленно взвыла. Чёртовы вазочки! Зачем мы их вообще распаковывали?
– Я всё основное уже собрала, – сообщила Дашка, как только я вошла в кухню. – Только твои личные вещи остались. Ну,и коллекция...
Дания смешно фыркнула, а я решила не комментировать её пренебрежительное отношение к прекрасному, но, задавая свой вопрос, всё-таки не смогла удержаться от ворчливых ноток:
– А ты что вообще делаешь, а? На Северный полюс собираешься?
– Ага, на Северный... - и с таким задумчивым видом принялась крутить в руках миниатюрную вазочку, что я успела испугаться. - Ой, да ладно тебе пыхтеть! Никуда я не еду. Инг приходил, мы поговорили. Он сказал, что ты к Иану переезжаешь. Это во-первых. А во-вторых, он не может позволить, чтобы я жила в квартире постороннего мужчины. Так что я теперь и свои вещички заодно пакую.
Я растерянно помялась на пороге, переваривая информацию.
– А вчера ему то, что ты в этой квартире живёшь, нe мешало?
– Вчера я тут не одна, а с компаньонкой жила...
Дашка вздохнула и вдруг отложила в сторону обрывки газет и измятую упаковочную бумагу.
