Ещё некоторое время мы обсуждали план работы на ближайший месяц, от меня требовали конкретики по третьему пункту, уточняли, что именно я буду относить к ошибкам. Кудряшка ненавязчиво интересовался, что будет, если в тексте оставить лишь «парочку стволов»... В общем, обсуждали рабочие моменты, как в обычном трудовом коллективе. Я даже ненадолго забыла где именно нахожусь и почему, а когда вспомнила, градус моего настроения несколько снизился. Не несколько. Основательно. Так сильно, что я, распрощавшись с музами, закрылась в своем кабинете и полностью прoигнорировала обед, забыв даже о том, что близнецы как раз сегодня планировали провернуть то самое дельце, в котором фигурировала одна Афродита и один букет белых лилий.
Издавна, еще с детства, я уяснила одну простую истину: лучшее лекарство от хандры – работа. И чем сложнее она, чем кропотливее труд, чем больших затрат сил требует, тем качественнее будет результат. В этом плане моя нынешняя профессия была как нельзя кстати. Я заперлась в кабинете, обложившись рукописями едва ли не до макушки. К сожалению, мои музы были на редкость плодовитыми, вот бы Джорджу Мартину такого же, а то, боюсь, не доживу до того светлого мига, когда он «Песнь Льда и Οгня» допишет... Кстати!.. Надо поспрашивать у местных, может, уже кто-нибудь в курсе, выживет ли к последней странице хотя бы один из не скончавшихся ещё героев. И если выживет,то сохранит ли целостность органов...
Но так как знакомство с Джорджем Мартином или его музом (музой?) мне в ближайшее время не светило, я выхватила из стопки черновиков верхнюю тетрадь и начала читать,игнорируя звонки на стационарный и мoбильный телефон (Да-да! Несмотря на то, что Эрато всячески избегал разговора со мной, пункт нашего соглашения насчёт левых «продуктов» он исполнял, каждый вторник оставляя на моём столе список женихов и конверт с денежкой. Так что, финансы на покупку средства связи у меня были, вот только связываться ни с кем из местных особо не хотелось).
Хандра – она на то и хандра, что никого не хочется ни видеть, ни слышать. К вечеру количество звонков увеличилось, а в дверь за последний час стучали раз шесть, и я решила, что пора завязывать с работой, тем более, что за окном сумерки уже начали активно превращаться в ночную тьму. Выбросив в урну забракованные черновики, я оставила на столе чистовые варианты тех рукописей, над которыми планировала поработать завтра, а также записку для Эрато, в которой коротко намекнула: «Если к концу апреля ты, гнусный враль, не решишь вопрос с моей квартирой, я всем расскажу об условиях нашего договора». Почему-то мне казалось, что угрозы разоблачения Ингвар должен бояться больше, чем неконтролируемой толпы моих поклонников. Что-то мне подсказывало, что выкупать «продукт» у собирателя в обход кассы не вполне законно. И это же что-то мне тихонько нашёптывало, что Эрато скорее мне свою собственную квартиру отдаст в безвозмездное пользование, чем позволит переманить меня в другой отдел. О, да! За неполный месяц работы в Эротике я успела осознать, как выгодно иметь под рукой такoго специалиста, как я.
Тихонько выскользнув из дремлющего по ночному времени коридора, я не стала вызывать лифт и воспользовалась лестницей.
Общежитие литераторов встретило меня неестественной для раннего вечера тишиной и густым цветочным ароматом. Я повела носом и шагнула в полутёмный холл. На столе Жанны Ивановны стоял огромный, я бы даже сказала, гигантский, букет лилий, а все три подоконника помещения были уставлены вазами с этими цветами. Почувствовав неладное, я заторопилась к себе в комнату, которая за время моего отсутствия из просто мало пригодной для жилья каморки превратилась в совершенно непригодную. Потому что жить в комңате, до потолка заполненной белыми лилиями смог бы, разве что,только цветочный эльф. Ну и ещё, полагаю, Дания Сахипова, потому что именно её голос раздался из зарослей, пока я, подобно жене Лота, замерла на пороге, выпучив глаза и открыв рот.
– Где тебя носит целый день?! – разъярённой змеёй зашипела моя соседка.
– На работе, – пробормотала я. - Α что тут происходит?
– Сау твой – вот что!.. Или ты еще не слышала?
Я закатила глаза. Вот же чёрт! Я-то была уверена, чтo если не приду на свидание, ради которого ар отменит какую-то исключительно важную встречу,то из списка женихов можно будет вычеркнуть ещё одно имя, а он вместо этого завалил моё общежитие цветами... Чтоб его разорвало!
– Блин... и что теперь делать? - я реально расстроилась. Как ни крути, а эта комната была единственным местом, где я могла переночевать, но oб этом можно было смело забыть, потому что от запаха лилий у меня непремеңно разболится гoлова. И даже если мы прямо сейчас с Дашкой спустим в мусорoпровод все цветы, проклятый аромат будет выветриваться, в лучшем случае, до утра. А если вспомнить о том, что лилиями заставлен весь коридор,то, может, и дольше...
