— Не думаю, что ты хочешь, чтобы я ела при тебе такой банан в шоколаде, — пробормотала Такия, моментально проассоциировав стоящий на прилавке политый розовым шоколадом фрукт с мужским половым органом. Она оглядела соседние стойки, пока Мицуя переваривал услышанное, и указала в сторону места с тайяки. — Как насчёт рыбок?
— Хорошо, давай рыбок, — покладисто согласился Мицуя, уходя от палатки с бананами с невероятной скоростью и даже не оборачиваясь в её сторону. — Они называются тайяки.
— Я знаю, — обрадовала Такия. — Но рыбки же.
— Понимаю, почему ты нравишься моим сёстрам, иногда ты мыслишь, как они, — заметил Мицуя, останавливаясь позади девушек, которые ждали свои тайяки. — Тебе с чем?
— Шоколад.
— Два тайяки, один с шоколадом, другой с заварным кремом, пожалуйста, — попросил он, когда продавец перевернул вафельницу и перевёл на него взгляд. Такие пришлось выпустить его руку, чтобы он мог расплатиться, но стоило ему убрать кошелёк в карман, как она тут же снова взяла его за руку, подумав о том, что идти гулять с парнем и даже не держаться с ним за руки как-то... Грустно будет, что ли. Парочки, которых она видела, конечно, редко так делали — японцы в основном предпочитали скромненько идти рядышком, но ей было всё равно. Она себя японкой всё ещё не ощущала, а Мицуя не выказывал смущения или нежелания это делать, так что она бессовестно пользовалась моментом. К тому же вечер выдался прохладным, а на небе начинали собираться тучи.
Получив свои тайяки, они неспешно направились дальше по рядам фестивальных палаток. Горячие рыбки, обернутые в салфетки, грели руки, и очень вкусно пахли.
Пока они остывали, чтобы можно было есть, не беспокоясь о горячей начинке, Мицуя рассказывал ей о фестивале. Они успели миновать детей, пытающихся поймать золотых рыбок в бумажные сачки, палатку с воздушными шариками, которые предлагались лопать дротиками, палатку художника, рисующего шаржи тушью, палатку, в которой нужно было швырять палки с перьевой метелкой на одном конце, и остановились перед тиром от которого только что отошла парочка, девушка с довольным видом прижимала к себе уродского плюшевого мишку с глазами навыкате, хотя на стенде было множество симпатичных игрушек. Они увидели Такемичи, который отчаянно пытался прицелиться и замершую рядом с ним в предвкушении Хинату.
— Тоже хочешь игрушку? — поинтересовался Мицуя.
— Я не особо их люблю, но если ты её выиграешь, и сам выберешь, то да, хочу, — переведя на него взгляд, честно ответила Такия.
— Получится типа памятный подарок с первого свидания, потому что я приложил усилия, чтобы достать игрушку ради тебя?
— Верно, это ведь не так просто, да? Попытка достать игрушку — уже отличный подарок, — уточнила Такия. Такемичи в этот момент как раз с расстроенным видом покупал ещё одну попытку — судя по объявлению, банку предлагалось сбить с пяти выстрелов.
— У меня две младшие сестры, неужели ты сомневаешься в моих навыках стрельбы? — весело откликнулся Мицуя, уверенно направляясь в сторону тира. Он отдал ей подержать своё тайяки, невозмутимо расплатился и, взяв предложенное оружие, дотошно проверил его и недовольно цокнул языком.
— Совсем не пристрелянное, — проворчал он.
— Ой, Мицуя, — услышав знакомый голос, подскочил Такемичи. — Ты тоже за что-то извиняешься?
— Не, памятный подарок выигрываю, — он прицелился и выстрелил. Пуля махнула по верхнему краю банки, она покачнулась, но устояла. Прищурившись, он сместил прицел и выстрелил снова, на этот раз попал ниже. Такия откусила своей рыбке голову и, не сводя с него взгляда, принялась жевать. С третьего выстрела банка всё-таки шлёпнулась.
— Вау! — вырвалось у Такии. — Ты и впрямь очень хорош!
— Эй, как ты это сделал?! — возмутился Такемичи, пока владелец тира недовольно поджимая губы, широким жестом предложил выбрать игрушку.
— Годы практики, — отозвался Мицуя, задумчиво разглядывая ассортимент. — Как насчёт розового зайчика? — поинтересовался он уже у Такии.
— Раз его выбрал мне ты, буду спать с ним каждую ночь, — оценив игрушку, широко улыбнулась та.
В этот момент свинья без чувства момента по имени Такемичи возжелала советов по стрельбе, Мицуя со вздохом обернулся, продолжая держать зайца, ибо обе её руки были заняты. Такия наградила Такемичи взглядом, обещающим страдания и, отойдя к Хинате, доела рядом с ней свою рыбку, обсуждая фестиваль. Шоколад внутри был очень вкусным, и уже не таким горячим. Облизав губы, Такия пальцами проверила, не измазалась ли в начинке и, вынув блеск для губ, заново их накрасила и убрала тот обратно. Такемичи все ещё донимал Мицую вопросами под унылым взглядом хозяина тира.
— Такемичи так старается, потому что я сказала, что прощу его, если он достанет мне игрушку, — мечтательно сказала Хината.
«Как-то дёшево за измену-то», — подумала Такия, но вслух сказала другое:
— О, понятно.
— Хотя помощь друга выглядит почти как жульничество... — проворчала Хината, но к счастью Такемичи, наконец, удовлетворился советами, выстрелил, почти промазал и едва задел край банки, но радостно возопил.