- Ты мне нравишься больше, чем дядя Коля, - добавляет Егор. - Особенно если вы с папой не из-за меня развелись. Потому что мама с дядей Колей из-за меня рассталась. Маме не нравилось, что он ко мне придирается. Я слышал, как она с ним ругалась из-за меня.
Егор, вспомнив мать, снова погрустнел. Придвигаюсь поближе к нему и глажу несколько раз по голове.
- Твоя мама все правильно сделала. Если дядя Коля плохо к тебе относился, то с ним нужно было расстаться.
- А ты хорошо ко мне относишься? - робко интересуется.
- Да. Ты хороший мальчик.
- Я сказал тебе плохое слово, когда папа привез меня сюда жить.
- Это ерунда. Я не обижаюсь. Но больше плохие слова говорить нельзя, - грожу пальцем. - Ни мне, ни кому-то другому. По крайней мере пока тебе не исполнится восемнадцать лет.
- А в школе все мальчики говорят плохие слова. Особенно на физкультуре, когда в футбол играем. И на плавании тоже говорят.
Мадре миа. Жизнь не готовила меня к такому. А ведь матерные слова у школьника - это ещё не самая большая проблема, которая может приключиться с ребёнком.
- Если все что-то делают, это не значит, что и ты должен это делать. Ты должен сам принимать решения без оглядки на кого-то. Ты не должен пить кофе только потому, что его все пьют. Ты не должен носить черный свитер только потому, что все такой носят. Ты не должен говорить плохие слова только потому, что все их говорят.
С пониманием кивает.
- Папа тоже мне так объяснял.
Я треплю Егора по отросшим светлым волосам на макушке. После нашего разговора стало легче. Егор не настроен ко мне враждебно. Я тоже не испытываю к мальчику негативных чувств и эмоций. Хочется верить, что все сложится хорошо.
После похорон все опустошены. Мы с Вовой и Егором едем к ним домой. Хотя мне следовало бы отправиться к себе, ведь завтра на работу. Но я решила ещё немного побыть с Владимиром. Время не позднее, успею доехать до своей квартиры.
В машине молчим. Тишина давит свинцовой тяжестью. Я украдкой поглядываю на бывшего мужа. Он как будто постарел за эти дни. Лицо осунулось, похудело, глаза потухли. Предстоит долгий путь от отрицания потери близкого человека до её полного принятия.
Дома Егор сразу скрывается в своей комнате. Сказал, пойдет завтра в школу. Нельзя больше пропускать занятия, а то сложно будет наверстать. Под его дверью горит полоска света, но не слышно звуков: ни от телевизора, ни от компьютера, ни от игровой приставки. Значит, скрупулезно сидит над математикой.
- Завтра на работу, - говорю Вове, когда остаемся с ним наедине в своей комнате. - Мне бы к себе поехать, подготовиться.
Вова снимает пиджак, небрежно бросает на кресло. Подходит ко мне и обнимает.
- Пожалуйста, не уезжай, - тихо просит.
Вздохнув, обнимаю бывшего мужа в ответ. Уткнувшись в его шею, вдыхаю любимый аромат.
- Мне надо подготовиться к завтрашнему рабочему дню.
- Ты к нему готова.
Грустно улыбаюсь. Мне приятно, что Вова не хочет отпускать меня.
- Яна, спасибо тебе.
- За что?
- За всё. За то, что ты рядом. За то, что помогаешь. За то, что поддерживаешь.
- Да брось, это ерунда.
- Не ерунда.
Вова тянет меня к стулу. Садится на него, а меня усаживает к себе на колени. Одной рукой я обнимаю его за шею, второй глажу по небритой несколько дней щеке.
- Прости меня, - произносит сипло.
- За что? - снова удивляюсь.
- За то, что не был рядом, когда тебе это было нужно.
По позвоночнику пробегает озноб, сердце сжимается.
- Я был ужасным мужем, - добавляет. - Не хочу никак себя оправдывать. Ни должностью, ни проблемами в «Строймонтаже», ни ещё какими-то невероятно важными причинами своего бесконечного отсутствия. Я сильно перед тобой виноват. Ты потеряла наших детей, а меня не было рядом.
Горло стянуло колючей проволокой. Сглатываю ком. Не понимаю, что на Вову нашло говорить о потере наших детей сейчас, спустя столько лет. Я это давно перешагнула, оправилась, не вспоминаю и живу дальше. Я думала, он тоже.
- Тогда мне было очень больно, но это прошло. Я не хочу вспоминать плохое. Мы же решили начать с чистого листа, зачем тянуть в новые отношения причины нашего развода?
- Просто я хочу, чтобы ты знала: я сильно жалею о том, что не был рядом с тобой, когда ты в этом нуждалась. И я обещаю тебе: такое больше никогда не повторится.
Слёзы колют глаза. Опускаю взгляд вниз.
- Будем надеяться, что больше ничего такого не произойдёт, из-за чего я буду реветь белугой, - бормочу под нос. Конечно, я имею в виду выкидыши. Если я когда-нибудь ещё решусь на ребёнка, то хотелось бы, чтобы всё получилось. Не уверена, что смогу справиться с третьей потерей.
- Яна, что бы ни было. Я обещаю, я клянусь, что всегда буду рядом и буду тебя поддерживать.
Не могу, слёзы закапали из глаз. Опускаюсь лбом Вове на плечо.
- Я тебя люблю, - шепчу сипло.
- И я тебя люблю.
Вова отрывает мое лицо от своего плеча и целует в губы.
- Не плачь, - просит сквозь поцелуй. - Не плачь, любимая.
- Не буду.
