А я вышла на улицу и села в машину. Закурив, задумалась. Значит, Евдокия Панкратьевна не намеревается продавать свою квартиру, а Остапчук делает вид, будто бы уже все на мази. Не думаю, что во время оформления сделки, если таковая состоялась бы, он решился кинуть меня. Скорее всего, пострадала бы пожилая женщина.
У меня просто не укладывалось в голове, как можно действовать так нагло и уверенно. А вдруг что-то не получится? А если бы сделка сорвалась? Ответ напрашивался сам собой: скорее всего, Виталий Владимирович уже не в первый раз проворачивает подобные махинации, а потому так уверен в том, что все удастся.
С семьей алкоголиков наверняка та же ситуация, что и с Евдокией Панкратьевной. Можно даже не проверять. Там даже все будет гораздо проще и быстрее. Хотя вполне возможно, что те люди и сами согласны на продажу квартиры. Только вот нет никакой гарантии, что Остапчук предоставит им другую жилплощадь, а не отправит на улицу.
Значит, вполне вероятно, что смерть Марии Викентьевны Крамер как-то связана с ее бизнесом. Зам проворачивал темные операции с недвижимостью, а она узнала об этом. Возможно, пригрозила, а Виталий Владимирович испугался и решил освободить себя от ставшей опасной начальницы, да к тому же проторить дорожку к директорскому креслу… Вот так, одним выстрелом (или одним ударом) и убил двух зайцев.
Версия, что убийство Крамер не было обычным ограблением, еще больше окрепла после того, как я поговорила с соседкой Евдокии Панкратьевны. Хотя я, конечно, пока со стопроцентной уверенностью не могла сказать, что Марию Викентьевну убили не грабители, зато сейчас у меня появился повод раскрутить другую версию.
Если Остапчук замешан в убийстве директора «Рубина», значит, необходимо найти доказательства этого. Без доказательств я ничего никому не могу предъявить. А как искать доказательства? Правильно, Татьяна Александровна, надо узнать как можно больше о жизни Виталия Владимировича Остапчука.
Я решила не медлить и прямо сейчас начать собирать сведения о заме Марии Викентьевны. Он наверняка сейчас отправился обратно в офис — время еще не позднее. К тому же Виталий Владимирович, скорее всего, работает и днем, и ночью — криминальный бизнес не знает выходных.
Я завела двигатель и поехала к офису «Рубина».
Машину Остапчука я заметила еще издали. Это даже хорошо, что у Виталия Владимировича такой приметный автомобиль. Ни с каким другим его не спутаешь. «Лексус» стоял все в том же месте в тени дома.
Чтобы не светиться самой, я решила оставить машину где-нибудь неподалеку, а за офисом «Рубина» понаблюдать с детской площадки, расположенной поблизости. Устроившись на скамейке под развесистой ивой, я стала посматривать за крыльцом, на котором, как я поняла, любил курить Остапчук. Вскоре Виталий Владимирович оправдал мои ожидания — вышел на улицу. Он прикурил от своей золотой зажигалки и глубоко затянулся. Взглянув на небо, Виталий Владимирович даже слегка улыбнулся. Похоже, настроение у него было превосходное. Постояв так пару минут, Остапчук вдруг нахмурился и полез в нагрудный карман пиджака.
Сначала я не поняла, что произошло, но, когда Виталий Владимирович достал оттуда трубку мобильника, звонок которого я со своего наблюдательного пункта слышать, конечно же, не могла, и поднес ее к уху, мне стало все ясно.
Остапчук разговаривал с абонентом с озабоченным выражением лица. Его лучезарная улыбка сразу же куда-то исчезла, Остапчук то и дело хмурился и кивал. Убрав телефон, Виталий Владимирович взглянул на наручные часы, наверняка «Картье», и, выбросив недокуренную сигарету, вернулся в офис. Но через пару минут он вышел со светлой кожаной папкой и, спустившись по ступенькам, направился к своей машине.
Теперь мне предстояло пулей домчаться до моей «девяточки» и выехать на дорогу, постаравшись, с одной стороны, не потерять из виду Остапчука, а с другой — остаться для него не замеченной.
Пока Виталий Владимирович возился в машине, я успела добежать до своего оставленного недалеко авто и сесть в него. Отсюда хорошо просматривалась дорога, ведущая из двора, и я решила дождаться здесь, пока Остапчук выедет на проезжую часть.
«Лексус» вырулил, притормозив перед выездом на главную улицу. После того как дорога освободилась, Виталий Владимирович вывел иномарку на проезжую часть, и только когда он свернул за угол, я решилась поехать следом.
За считаные секунды Остапчук успел отъехать достаточно далеко, и мне пришлось поднажать на газ, чтобы не потерять его. Но как опытный преследователь, я очень скоро нагнала «Лексус» и пристроилась за две машины позади него. Виталий Владимирович, похоже, не сильно торопился. Он не нарушал скоростной режим, пропускал пешеходов, одним словом, давал мне возможность нормально следить за ним.
Вскоре Остапчук остановился возле одного дома и покинул машину. Я тоже припарковала «девятку» и осторожно вышла из нее. Виталий Владимирович направился к расположенному неподалеку скверу, посматривая на часы. Вероятно, в сквере у него была назначена встреча.
