Как только за ним захлопнулась дверь, я вскочила, схватила амулет и на дрожащих ногах метнулась прочь, находясь в ужасе и… восхищении от того, что между нами только что было.
А что, кстати, это было? Я почему-то очень сомневалась, что он что-то подобное делал для других своих жен…
Я была рассеяна и мучилась от иррационального чувства вины, потому что уже почти наступила ночь, а я все еще не приняла окончательного решения.
Вспоминала колючий взгляд мужа, брошенный напоследок, но он больше не пугал меня, а обжигал холодной страстью, вызывая тянущее чувство в груди.
Солнечное сплетение сжималось, вниз распространялась волна слабости и оседала тяжестью между ног, напоминая о пережитом удовольствии. Тут же вспыхивало желание испытать его снова.
Я хотела вновь ощутить эти сладостные взрывы внутри, погружающие в эйфорию на несколько минут. И в то же время боялась, что если сдамся, это для меня плохо кончится.
— Чего вы такая грустная, принцесса? — расчесывала мои волосы Эль перед сном.
Никто уже и не настаивал на том, чтобы я посетила мужа. Хана некоторое время назад ушла, убедившись, что я вновь намерена спать у себя. Но я больше не была в этом так уверена…
— Те жены до меня, — спросила я, — рассказывали что-нибудь о своих брачных утехах с принцем?
— О, если только совсем немного, — улыбка прозвучала в добром голосе Эль. — Что им было совсем не больно, но немного страшно. Что все закончилось быстро. Да вы не волнуйтесь, — успокоила меня она, — касаемо брака принц вовсе не монстр, не станет же он обижать женщину. Последняя его жена даже заключила с ним сделку и появлялась в его спальне всего три раза в месяц — в ночи наивысшего шанса для зачатия. Все остальное время он ее не беспокоил.
Вот как? Чем больше я узнавала, тем сильнее хотелось понять, в чем дело.
— Она так и не понесла?
— Нет, — вздохнула служанка с искренним сожалением. — Ни одна из них.
Мое предположение о смерти рожениц оказалось неверным.
— И что же тогда произошло? Куда делись все его жены?
— Вернулись к своим отцам, — снова повторила девушка, на этот раз добавив чуть больше подробностей. — Все честно, в соответствии с условиями соглашения, заключенного его дядей: наследник в обмен на какие-то уступки в войне.
И тут фигурировал его дядя, вот оно что. Это все неспроста.
— Но ведь у него так и не появилось наследника, так почему же они получили развод? — нахмурилась я, не до конца понимая.
— Именно поэтому, — закончив с волосами, Эль теперь расстилала мою постель. — По договору сторон на консумацию брака и зачатие ребенка дается шесть месяцев. Если же этого за полгода не произойдет, девушка возвращалась домой.
От такой новости меня пролило холодным потом, и я почувствовала себя в буквальном смысле разменной монетой, преданной собственным отцом! И почему же папа не сообщил мне, что этот брак продлится всего полгода?! И я вернусь в Ланхарию униженной, использованной и разведенной, что поставит на моей дальнейшей судьбе крест?
Ну, ладно, Эласар: он хотя бы верил, что я успею убить принца, не доводя дело до брачной ночи. Но о чем же думал отец?! Он ведь не знал о плане магистра, и все же подписал этот нелепый мирный договор, где его дочь — просто пешка на шахматной доске?! Давал «добрые» отеческие советы, хотя прекрасно понимал, что мой брак — лишь игра?!
В сложившейся ситуации мой муж совсем перестал выглядеть злодеем, гораздо сильнее я теперь была зла на родного папочку!
— Никто не хочет отдавать своих дочерей замуж за такого, как Фэнрид. Вы знаете, как все к нему относятся. Все соглашения подписывались лишь на таком условии, и девушки охотно возвращались домой. Ни одна из них не хотела оставаться здесь дольше положенного, — продолжала Эль, повергая меня во все больший шок. — Подобная сделка для него — возможность хоть как-то продолжить род.
И все же супруг проявил ко мне величайшее терпение, позволив несколько недель избегать брачных обязательств. Плевал на перешептывания за спиной и на свой единственный шанс, поставив во главу угла уважение ко мне.
Так все, что мне нужно, это лишь потерпеть, пока не кончится срок? Навряд ли муж принудит меня к постели, раз уж не сделал этого до сих пор. И я смогу вернуться домой, не потеряв своей девственности.
Вот только я могла думать теперь только о нем… Ну и, конечно же, о его дяде — сером кардинале и настоящем виновнике всех тумелонских войн!
Забравшись на кровать, я привалилась к подушке и сжала в пальцах серебристый амулет, не до конца осознавая, что делаю. Может, хотела узнать, как там супруг? Волновалась за него. Спит он или все еще занят в своем кабинете? А может, я сделала это спонтанно, потому что скучала по нему, но все еще не могла это открыто признать.
Эфир оказался доступен, Фэнрид меня ждал.
Передо мной тут же возникли его глаза: муж смотрел на меня в упор, не мигая. Мол, ну ты проникла в мой разум, что дальше?
