Любимый мужчина продал меня своему заклятому врагу, чтобы сохранить себе жизнь.Он отказался от меня и от своего нерождённого ребёнка.Теперь я помолвлена с человеком, который упрямо считает меня личной куклой. Совсем скоро у нас свадьба.Но внезапно в мою жизнь вмешивается бывший. Теперь он желает вернуть меня и моего ребёнка. Только вот он не учёл, что «товар» возврату и обмену не подлежит. Вряд ли ему это позволят…даже если я захочу…
– Диана, ты можешь хотя бы сегодня сделать вид, что тебя нисколько не обременяет наш выход в свет? – навязчиво интересуется мой будущий муж, поглаживая меня по бедру.
– Пожалуй, не сегодня, – сухо отвечаю.
С равнодушным видом я продолжаю разглядывать из окна машины мимо проходящих людей, наслаждающихся свободой.
– На вечере ты должна сразить всех гостей безукоризненным внешним видом, а не навести на них тоску своим унылым лицом.
– Поверь, на вечере гостям будет не до меня. Все они будут заняты вылизыванием твоей задницы! Ради этого ты ведь и закатил эту вечеринку! – случайно озвучиваю свои мысли вслух, на что сбоку от себя слышу недовольное цыканье.
Как и следовало ожидать.
Можно ли называть своим мужем человека, некогда купившего меня у того, кому я была бесконечно предана? Купившего меня у мужчины, от которого я забеременела, которого любила безоговорочно. Несмотря ни на что. Ни одному, ни второму я не могу найти правильного определения, в полной мере характеризующее их отвратительные души.
Тому, кому я принадлежу сейчас, никогда не стать моим мужем.
Он всего лишь кукловод. Он управляет моей жизнью, как персонажем в игре: выбирает что мне надеть, контролирует все мои передвижения, указывает что и когда говорить, вынуждает обхаживать его, иначе придётся расплачиваться за непослушание.
Он не муж, он владелец.
А тот, кому я отдала своё сердце, безжалостно растоптал его за ненадобностью. Он отказался от меня и от нашего ребёнка. Эмир стал моим палачом.
– В какой-то степени ты права, но только посмей ляпнуть нечто подобное в присутствии людей.
– Только прикажи, и я ни слова больше не произнесу! Прикажи сдохнуть – я с радостью и это сделаю, – отрешённо проговариваю. – Прикажи, Рифат, ты же так любишь повелевать мною!
– Я люблю только
– Договорились, – отворачиваю голову, не давая ему поцеловать себя. Рифат хватает меня за подбородок, разворачивает лицом к себе и оставляет на моих губах свой мерзкий след, который я стираю сразу же, как только он отпускает меня.
– Ну что, готова сразить всех наповал? – улыбается он хищно.
Двери автомобиля распахиваются с обеих сторон специально нанятыми для этого людьми.
– Не обещаю, но я постараюсь, – мысленно закатываю глаза и выхожу из машины.
Поправляю шлейф своего вечернего платья. Резкие движения доставляют боль в пояснице, но я привыкла скрывать от людей душевную боль, а что уж говорить о какой-то там боли в спине. Я с ней уже сроднилась.
Держа величавую осанку, Рифат подставляет мне свою руку. Обвиваю её послушно и мы ступаем на красную ковровую дорожку, ведущую ко входу в банкетный зал.
Вспышки фотокамер ослепляют меня. Появляется нестерпимое желание скосить глаза или поймать момент для смачного плевка в рожу Рифата, чтобы у папарацци отпали всякие сомнения по поводу подлинности всеобщего счастья и радости.
Я в шоке, если честно.
Для того, чтобы отметить нашу помолвку, Рифат закатил вечеринку, нисколько не отличающейся своим масштабом от Канского фестиваля.
Зеваки откровенно не понимают, что здесь происходит. По какой причине собралось столько народа?
Я тоже не понимаю для чего нужно было создавать столько шумихи вокруг искусственно созданной помолвки, но чем больше я узнаю Рифата, тем больше понимаю, что этот человек во всём привык быть лучшим.
Благодаря своему величию и солидному внешнему виду на публике у него получается быть лучшим, но это не значит, что на деле так оно и есть.
Когда внимание к нему угасает, когда вспышки фотокамер направлены не в его сторону, он становится незамысловатой подделкой. Всё вокруг него – фальшивка. Как и я – идеальная невеста на людях, а по факту – марионетка без права голоса.
Мы входим в претенциозный зал, где концентрация людей в вычурных нарядах просто зашкаливает. Всё вокруг блестит и переливается. Симфоническая музыка, играющая на фоне, моментально нагоняет тоску. Услужливые официанты носятся вокруг гостей, разнося на подносах шампанское и канапе.
– Пойдём, я познакомлю тебя со своими партнёрами, – Рифат настойчиво тянет меня в самую глубь зала, я как собачонка на поводке следую за ним, прижимая к животу клатч, где у меня нет ничего, кроме мятной жвачки.
Партнёрами оказываются стариканы с жирными брюхами, которые время от времени собираются вместе, чтобы поиграть в гольф и потратить кучу его денег.
– Рифат Чалык, дорогой наш друг! Молодеешь прям не по дням, а по часам.
– Место выше всяких похвал. Как всегда помпезно, но со вкусом, что самое важное. В этом ты себе не изменяешь!
Что я говорила? Можно засекать время. Минут двадцать стариканы будут воспевать оды Рифату и его непревзойдённому вкусу.
Совершенно случайно я зеваю во время их разговора и тогда всё внимание мужчин переходит ко мне.
