– Мне? - иронично улыбнулся Джун.
– Тебе особенно, - кивнула уверенно. - Генерал должен быть выспавшимся. Вот представь, вдруг бой, а ты прозеваться не можешь?
Коротко хохотнув, Джун покачал головой, но спорить не стал. И хотя попросил пока оставить мемуары в кабинете, чтобы дочитать при случае (ой, да пожалуйста), потом сам взял меня за руку и мы отправились наверх.
Мы шли… А у меня нервно подрагивали коленочки. И вроде уже не первую ночь мы спали вместе, но сейчас мне казалось, что всё стало иначе. Я люблю, он влюблен, сегодня у нас было самое настоящее свидание и… Оно продолжится? Тем самым? Закономерным итогом!
– Так. - Мы зашли в спальню и Джун сосредоточенно осмотрелся и взглянул на меня. - Снимай амулет и умываться, я пока проветрю, душновато. Кажется, дом решил тебя особенно поберечь.
– Потрешь спинку? - прищурилась игриво, но что дракон с шипением вдохнул сквозь зубы и… отрицательно мотнул головой. И я расстроенно протянула: - Почему?
– Я не настолько держу себя в руках, - напряженно признался Джун, а глаза его в этот момент стремительно светлели.
– А может и не надо сдерживаться? - Я шагнула к нему и обняла лицо ладонями. - Отпусти себя, Джун. У нас всего одна жизнь. Почему ты думаешь, что она бесконечна? А если мы… не успеем?
– Не говори так, - его шепот прозвучал мне прямо в губы, но он не отстранился. Наоборот, подался вперед и поцеловал первым. - Никогда так не говори, Селеста…
А потом он себя отпустил.
Ураган из страсти и нежности. Буря из зашкаливающих эмоций. Горячие губы. Ласковые ладони. И шепот. Шепот, полный любви, проникающий в каждую клеточку моего тела. Тревожащий самые тонкие струны и настраивающий их под себя. Только для себя.
Божественный эгоист. Дракон.
Мой дракон!
Я стонала и плавилась, целовала и смеялась, ласкала и царапалась, когда страсть зашкаливала за все мыслимые пределы!
А когда нас окружил космос и взорвался в наших телах сверхновой, я поняла, что никому и никогда не отдам своё сокровище. Ни Габриэле. Ни стихиям. Ни смерти.
– Люблю тебя, моё сокровище… Очень люблю.
Сон? Отдых? Расслабленность?
Не для него.
Не веря своим глазам, удаче и счастью, Джун любовался своим сокровищем, которая верила в него больше, чем он сам. Верила. Любила. Абсолютно искренне и безгранично нежно. Так нежно и вместе с тем страстно, так искренне и по-светлому, что это отозвалось и в нем. А ведь когда-то его воля была гораздо тверже. Но пришла одна маленькая девочка… И всё.
Нет, он не стал безвольным слюнтяем. Совсем нет.
Даже хохотнул, но лишь мысленно, чтобы не разбудить своё сокровище. Она его слабость, но и она его сила. Женщина, ради которой он перевернет этот мир.
Ну или не весь мир…
По губам самого неоднозначного дракона скользнула зловещая ухмылка истинного хищника, но почти сразу пропала и он, мягко поцеловав своё сокровище в щечку (уже не такую пухлую, как прежде, но не менее очаровательную), поднялся с кровати и отправился в душ.
Сначала в душ.
А потом и на передовую.
Хватит отсиживаться в берлоге. Пора явить миру полубога!
В былые времена он всего за час завоевывал города, а за сутки целые страны. Так что изменилось сейчас?
Когда я проснулась, за окном было уже светло. Светло и возмутительно солнечно. А ещё с крыши капало… И пахло весной.
Потянувшись всем телом, аж мурлыкнула от удовольствия, с восторгом отмечая, что нигде ничего не болит, а каждая мышца аж звенит от переполняющей её энергии.
– Добр-рое утро, - ласковым котиком мурлыкнул Яго и я резко повернула голову на звук, тут же расстроенно вздыхая. - Что такое, милая моя, ты не рада видеть своего любимого котика?
– А где Джун?
– В делах и заботах, как и полагается нормальному мужику. - С этими словами Яго потянулся всем телом и сладко зевнул, но тут же уставился на меня своими колдовскими зелеными глазами, и возмущенно фыркнул: - Ты почему на ночь макияж не смыла, панда? Хорошо, тебя женишок не видит, инфаркт был бы обеспечен!
– У драконов бывает инфаркт? - усмехнулась и села на кровати, пытаясь вспомнить, в какие стороны вчера летела наша одежда и есть ли смысл её искать.
– Ведьмы рода Хортенс могут довести любого, - самодовольно хихикнул мой фамильяр и, грациозно спрыгнув с кровати, прошел до шкафа, откуда в мою сторону полетел халат. - Держи, растеряша. Умывайся иди. Я пока ромашковый чай схожу заварю.
– Почему ромашковый? - озадачилась, потому что уже долгие годы не пила по утрам ничего кроме кофе. Или он для себя?
Увы, Яго уже ушел, так и не ответив, ну а я, накинув халатик, прошла в ванную. Сначала в душ, чтобы взбодриться и проснуться окончательно, затем к раковине и зеркалу, чтобы оценить последствия своей беспечности…
Визг (счастливый визг!) запредельной мощи разнесся по дому и в окнах дрогнули стекла, а на кухне закачалась люстра.
Констанс Летиция Хортенс на миг оторвалась от чтения сенсационной статьи, вышедшей ну очень ранним утром, и, небрежно вскинув руку, магическим импульсом вернула люстру в исходное положение, а на её губах скользнула ироничная улыбка.
