Восемнадцать рыцарей смерти, не нуждающиеся во сне и отдыхе, переодетые в идеальный зимний камуфляж и вооруженные по последнему слову техники (и заодно артефакторики), замерли каждый на своей позиции.
Их не выдавало ничего, даже моргание и облачка теплого пара, ведь дышать и моргать им тоже больше не требовалось.
Ни снисхождения, ни сострадания. Ни подкуп, ни шантаж, ни прямые угрозы.
Внутрь периметра их ответственности не прошел никто.
Ни якобы курьер с посылкой, битком набитой взрывчаткой. Ни ушлые журналисты. Ни черные копатели и прочие охотники до чужого добра. Ни полиция, которая с какой-то стати решила расследовать якобы похищение Найджела Уилсона.
Хозяин разберется с ними утром.
До утра велено не тревожить.
Можно долго перечислять, чем занимался каждый житель маленького, но гордого княжества этой ночью, но уже не очень юная, хотя всё ещё безумно милая ведьмочка Селестина Августа Хортенс просто спала.
Судя по нежной улыбке на губах, ей снились очень приятные сны.
Да, очень приятные…
– Моё сокр-ровище, - удовлетворенно выдохнул дракон, успевший сбежать по ну очень важным делам и вернуться до того, как она проснулась. Ловко юркнул под одеяло, затаив дыхание, когда Сел сладко причмокнула во сне, и охотно позволил себя обнять, буквально подныривая под её руку, когда она начала неосознанно его искать. - О, да…
Новое утро, снова разбудившее меня солнечным лучиком и капелью, оказалось ещё лучше предыдущего. Ведь этим утром на второй подушке лежал не Яго, а Джун!
И не просто лежал, а так сладко спал, что я невольно им залюбовалась и, каюсь, не удержалась - нашарила под подушкой телефон и бессовестно запечатлела себе на память это восхитительное зрелище.
– Я всё вижу, - не открывая глаз сонно пробормотал Джун, но даже не пошевелился. - Зачем ты это делаешь?
– Затем, чтобы любоваться тобой, даже когда тебя не будет рядом, - прошептала ему в губы, уже убрав телефон обратно и прижимаясь к дракону всем телом. - Доброе утро, любовь моя.
– М-м, точно доброе, - широко улыбнулся Джун, но всё ещё с закрытыми глазами, хотя руки уже жили своей жизнью и активно шарили по моему телу. - Вечность бы слушал… Повтори, а?
– Люблю тебя. Люблю, моё сокровище.
– М-да-а…
Не выдержав, рассмеялась. Такой он был уморительный в этот момент! Как огромный котяра!
А потом этот котяра открыл свои прекрасные глаза и без единого слова и движения захватил меня в плен.
– Люблю тебя, Селеста, - произнес тихо, но торжественно, аж чуть сердце из груди не выскочило. - Люблю тебя, моё сокровище. Люблю так, что жизни без тебя не представляю. Сел…
Кашлянув, словно ему резко отказал голос, Джун обнял меня ещё крепче и пугающе серьезно произнёс:
– Селестина Августа Хортенс, согласна ли ты стать моей женой? В болезни и здравии, в богатстве и бедности, в горе и радости, волей стихий и вовеки веков.
– Согласна, - шепнула не раздумывая, потому что решила это ещё позавчера.
А может и раньше.
В миг, когда увидела его на своей кухне в одних доисторических труселях.
– Да будет так, - вновь севшим голосом шепнул Джун и поцеловал меня так, что из головы улетучились последние мысли, а тело запело в беззвучном восторге.
И не только тело!
Каждый нерв, каждая клеточка! Каждая крошечная бабочка, неведомыми путями пробравшаяся в живот и устроившая там карнавал!
А потом запели наши души.
Это было так восхитительно и волшебно, что я ни на секунду не усомнилась - так и должно быть. И пускай я не понимала, что происходит, это было неважно. Мир кружил вокруг нас, оплетая своими энергиями и пронзая ими насквозь, но не болезненно, а сладко. Каждый прокол - как вспышка откровения. Каждый новый виток - как обещание чего-то великого.
Каждый миг - уникален.
Всё быстрее, пронзительнее, ярче!
Вспышка…
И океан блаженства.
Острого, пронзительного, невероятного!
Практически невыносимого, но… На грани.
– Люблю тебя, моё сокровище. Селестина Августа Юонг.
– М-м? - с трудом проморгавшись и еще не до конца осознавая всё, что с нами сейчас произошло, я кое-как сфокусировала взгляд на Джуне и хрипло уточнила: - А-а?
– Жена, - мурлыкнул дракон, довольный настолько, что это было даже неприлично. - С этого дня и вовеки веков.
– Уже? - озадачилась, всё ещё откровенно тормозя, хотя в глубине души уж знала, что это действительно так. - А-а… хм-м… му-у-уж, - протянула под конец, пробуя это слово на вкус и находя его восхитительным. - Да, это великолепно. Поздравляю.
– Спасибо, - приглушенно рассмеялся Джун, не прекращая счастливо щуриться. - И я тебя. Как насчет праздничного завтрака в постель? Угощаю.
– Тьма, какой же ты милый! - расхохоталась уже я, ощущая себя ну просто безобразно счастливой. - Хорошо, уговорил. Сам справишься или помочь?
– Если хочешь, - не стал отказываться Джун.
– А вот хочу, - улыбнулась игриво.
– Только оденься, - шепнул мне в губы и встал первым, нагло сверкая своей возмутительно идеальной задницей.
