Я поняла, что происходит.
Слишком уж настойчиво они все пытались представить меня выгоревшей истеричкой, чтобы я теперь в это поверила.
«Ну уж нет. Из меня делают козла отпущения. Из Лены – уже сделали. То есть козу». – Я прыснула, немного истерически, признаю. Но вместе с этим смешком ушли и остатки нервного напряжения.
Не выйдет, вы меня голыми руками не возьмете! Я вновь почувствовала себя на профессиональном поле. Пассивная агрессия, обесценивание, манипуляция, токсичный диалог – для нас в Министерстве биологической безопасности это привычные маркеры, которые указывают, что состав преступления налицо. Доведение до эмоционального кризиса. Иногда – до самоубийства. А в моем случае, конечно, до увольнения.
Они зашли в тупик с делом Кетеван, это же ясно. И растерялись, сообразив, что смерть Греты как-то неприятно последовала сразу за ним. Хуже не придумаешь. Две высокопоставленные женщины мертвы. Двойное внимание медиа, общественности – и начальства. Воображаю, как там топочет ногами Гаянэ, требует быстрых результатов. А ее трясет сама премьер-министр. Двойная петля. У Лены на горле. У Наташи на горле. А тут я. Всем мешаю. Со своим дурацким кроликом.
Чего ж не понять? Понятно.
А в дальнейшем, когда я уже не буду частью системы, они на меня повесят все свои ошибки. И останутся при своих должностях. Во всем виновата эта безумная Ариадна. Путалась у нас под ногами. Мы были неправы, слишком много ей позволяли. И запоют обычное в таких случаях: ведь Ариадна была безупречна, Ариадна была добросовестна, кто мог подумать, что она так подведет. И вишенкой на торте: Ариадне мы сочувствует, мы понимаем, что ей было непросто.
Я ухмыльнулась.
Посмотрим.
Лучший способ доказать свою правоту – это доказать свою правоту.
Я нашла в коридоре закуток потише.
– Д-а-а-а, – низко и томно ответил голос в трубке. Мне даже показалось, что я снова чувствую тяжелый сладкий запах парфюма.
– Белла, я встречусь с вами через пятнадцать минут.
– Я занята! Это кто?
– Конь в пальто. Подружка со вчерашней веселой вечеринки.
Она одарила меня впечатляющей паузой. Сейчас начнет придуриваться: с какой… я не понимаю…
– Вы чудесно получились на видео. Мне понравилось, – быстро сказала я. – Симпатичный парень, этот, из аквариума, очень одобряю ваш выбор.
Чтобы Белла не вздумала вилять.
Сперва она просто дышала в трубку. Соображала.
– Что вам надо?
– Поговорить.
– О чем?
– Соскучилась. Просто соскучилась.
Я быстро открыла в телефоне карту. В парламент мне без удостоверения не попасть. Место надо было выбрать людное, но не слишком. И чтобы Белла на своих копытах доковыляла сравнительно быстро.
– Жду в кафе «Чихуахуа».
– Терпеть не могу…
Что она там терпеть не может, мне было глубоко безразлично. Я нажала отбой. А внизу в пустом вестибюле сдала удостоверение бравой дежурной.
– В отпуск! Здорово. Куда-нибудь поедете? – дружелюбно поинтересовалась та.
– На велосипедах. В Тулу.
– Хорошая идея! – просияла она. – Очень приятный город. У нас девочка в Суздале была, тоже очень понравилось.
– Суздаль. Спасибо. Может, и туда заедем.
В дверях я обернулась. Дежурная уже докладывала кому-то в телефон. Я не сомневалась: Оксане.
Закрыто? Заперто по крайней мере.
Я задрала голову. Нет, вывеска на месте: «Чихуахуа». В окне машет плюшевым хвостом крошечный механический пес. Я ладонями заслонилась от солнца, заглянула через стеклянную дверь. Прихожая. Вешалки. Пустые. То ли оттого, что день теплый. То ли… Куда же тогда делась Белла? Не пришла еще, вероятно. Я подергала ручку.
В стекле отражались прохожие. Проносились велосипеды. Голубое небо в отражении казалось сизым.
Заметила кнопку звонка. Нажала. Внутри послышалось жужжание.
Вдруг меня накрыло облако знакомого парфюма.
Я обернулась. Белла чуть покачивалась на своих невероятных туфлях-копытцах. Проходящие мимо женщины поглядывали на них: ну и ну. Затем взгляды их прыгали вверх: кто в таких ходит?
Белла потряхивала локонами.
– Что? Мест нет?
Замок щелкнул. На пороге улыбалась женщина в сиреневой форме.
– Здравствуйте. Вы заказывали?
– Конечно, – капризно удивилась Белла.
– Нет, – одновременно сказала я.
Женщина поглядела на нее, на меня.
– Нет. Извините, – повторила я.
– Боюсь, что кабинеты для разовых посещений уже заняты.
– Но мы можем занять другой.
Она посмотрела на меня сочувственно:
– Собаки предпочитают постоянных посетителей. Как и все животные, они испытывают стресс при виде незнакомцев. Мы обязаны этот стресс контролировать в нормах, выработанных Комитетом прав личностей, не являющихся людьми… Простите. В следующий раз проверьте наличие мест через наш сайт. У вас есть наши контакты?
