Чем больше она говорила, тем сильнее хмурился Игорь Геннадиевич.
— О каком бюджете идет речь? — спросил с прищуром.
Ангелина успела прикинуть примерную стоимость, пока босс был на встрече. Ее и озвучила.
— Это я потяну, — кивнул с громким выдохом Степанов. — Но всё строго под вашу ответственность!
Ангелина просияла. Будет у них теперь уютный офис, и с боссом точно сработаются, раз доверил ей такие важные вещи.
— Я прошу прощения… — тихонько проговорила Ангелина, постучавшись к боссу.
— Да-да, что ты хотела? — Он оторвал взгляд от монитора ноутбука и повернулся к помощнице.
— Можно, я уйду сегодня пораньше? На улице такая ужасная погода, боюсь, попаду в пробку и не успею вовремя забрать дочку.
— Ты прямо сейчас хочешь уйти? — Степанов нахмурил свои черные брови.
Босс давно обращался к Акуловой на «ты». Даже предлагал ей тоже спокойно ему «тыкать». Но Ангелина для себя решила: не будет. Этот большой, чересчур серьезный мужчина ей по сути никто. Не друг, не приятель, не родственник, исключительно начальник, к характеру которого она приноровилась, но не более. Хотя сработались, спору нет. И спасибо ему за то, что оказался адекватным человеком, хоть и не во всех аспектах.
Вот уже почти пять месяцев она трудилась на Степанова и не пожалела, что выбрала именно это место. За прошедшие месяцы маленький офис стал ей родным и почти полностью изменился.
Стараниями Ангелины и финансами Игоря Геннадиевича здесь преобразилось буквально всё: стены выкрасили белой краской, что сделало небольшое помещение визуально просторнее. Купили новую офисную мебель — золотая середина между дешевой, неприглядной, и дорогой, качественной. На столе в приемной у Акуловой теперь красовался большой монитор, да и сам компьютер стоял новый, а у босса в кабинете появился ковер, стол из качественного дерева и кресла для посетителей вместо ужасных офисных стульев.
Всю эту прелесть Игорь Геннадиевич смог себе позволить, усердно работая. Их маленькой фирме повезло — удалось заполучить несколько весьма громких дел. И они работали над ними вдвоем, не жалея сил.
— Да, если можно, я бы ушла прямо сейчас, — кивнула боссу Ангелина.
— Я тебя отвезу, — вдруг предложил Степанов после того, как глянул на улицу.
Видно, каша из декабрьского снега с дождем, что сыпалась с неба, его весьма впечатлила. В такую погоду город всегда превращается в одну сплошную дорожную пробку.
— Ой, было бы очень хорошо! — радостно ответила Акулова.
Это далеко не первый раз, когда он подвозил ее домой. Частенько это делал в плохую погоду. Иногда Ангелине чудилось — босс считает ее сахарной, боится, что растает во время дождя.
— Спасибо, Игорь Геннадиевич, — поблагодарила она с улыбкой и пошла собираться.
Очень скоро оба садились в черный седан босса.
Степанов — сама сдержанность. Взгляд строго на дорогу, никаких отвлеченных тем для беседы, всё строго по делу. Даже за коленку ни разу не схватил за все разы, когда подвозил Ангелину домой. Впрочем, она держала свои колени прикрытыми.
И только взгляд его всё больше тяжелел с каждой новой совместной поездкой. Бывало, босс как уставится на нее, хоть под резиновым ковриком от его взгляда прячься.
Зачем так смотрел? Что хотел этим сказать?
Акулова поняла бы, если бы хоть раз попытался пристать или куда-то пригласить, но нет, ничего такого. Впрочем, и хорошо, не до романов ей.
— Ангелина, давай я тебя подожду, пока дочку заберешь, а то слякоть такая… — предложил босс, когда подвез ее к детскому саду, где их пути, как правило, расходились.
— Не нужно, — махнула рукой та. — Погода наладилась, прекрасно с Верой доберемся до дома. Не переживайте, нам же идти всего ничего.
Босс еле заметно поморщился, но кивнул.
— Хорошо, завтра жду на работе.
— До свидания, Игорь Геннадиевич.
И пока она надевала на голову шапку, снова поймала на себе этот пудовый взгляд.
Предпочла сделать вид, что не заметила его, кивнула боссу и вышла.
«Хороший он, Игорь Геннадиевич… Но почему кажется, что жутко несчастный? И одинокий к тому же. Ведь нормальный мужик», — крутилось в голове, пока спешила в детский сад за Верой.
Зашла, и мысли о боссе совершенно вылетели из головы.
Обычно дочь радостно носилась по группе за детьми или играла в игрушки. Теперь же Вера тихонько сидела в уголке, а едва завидев в дверях маму, вдруг вскрикнула со слезами в голосе: «Мамочка!» — и помчалась к ней, размазывая влагу по щекам.
Ангелина оторопела, подхватила на руки малышку, прижала к себе.
Тут к ней подошла воспитатель, Снежана Марковна, круглая со всех сторон, прямо как воздушный шарик, пожилая женщина.
— Тут такое дело… — поджала губы она. — Вы бы разобрались в семье, а то негоже так…
— Что негоже? — не поняла Ангелина.
И Снежана Марковна начала выдавать удивительную, в то же время жуткую историю.
