Это неправда. К восьмому классу Анна носила бюстгальтеры большего размера, чем ее сестра и мать, но от этого мучиться приходилось только ей самой. Однако уже несколько лет они с Эллисон ведут себя так, будто у Анны есть хоть что-то, чему Эллисон может позавидовать.
— На самом деле объем груди у меня больше, это же очевидно, — упрямится Сэм. — Я не хочу тебя обидеть, Анна, но встань рядом со мной.
Сначала они становятся плечом к плечу, потом спиной к спине.
— Это просто смешно, — заявляет Эллиот, но Анна не понимает, что именно ему кажется смешным. Ситуация? Она?
— Без рулетки трудно определить, — говорит Эллисон. Она по-прежнему, как кажется Анне, пытается свести все к шутке.
— Ты сможешь застегнуть на себе средний? — спрашивает у Анны Сэм.
Анна продевает руки в отверстия. Она уверена, что жилет не застегнется, но он все-таки застегивается. Впрочем, это, скорее всего, означает, что на Сэме он тоже застегнулся бы. Пока она возится с застежками, он как-то незаметно забирает у нее жилет большего размера, и ей ничего не остается делать, кроме как садиться в каяк.
Поначалу кажется, что каяк неустойчив и может в любую секунду перевернуться, но через какое-то время это ощущение проходит и возникает новое — как будто по воде скользишь ты сам, а не стекловолокнистый корпус лодки. Эллиот и Сэм гребут быстрее, чем Анна с Эллисон, поэтому, когда братья уплывают вперед на несколько сотен ярдов, Анна поворачивает голову (Эллисон сидит на корме) и через плечо говорит:
— И что ты думаешь о поведении своего парня… или жениха, или кто он там тебе?
— Анна, успокойся.
— Спасибо, что поддержала меня. Может, ты испугалась, что он станет импотентом, если признает, что грудь у него не такая широкая, как ему хочется?
Эллисон молчит.
— Но с братцем его я замечательно провожу время, — добавляет Анна. — Он такой милый парень.
— Эллиот симпатичный, — говорит Эллисон, и Анну бесит, что она не только не защищается, но даже не отходит от темы, с которой начался разговор. В детстве они, бывало, дрались по-настоящему (таскали друг друга за волосы, кричали «Я тебя ненавижу!» и так далее); со временем подобное выяснение отношений сошло на нет, но они продолжали грызться до тех пор, пока Эллисон не закончила седьмой класс. А потом — это было ужасно! — она стала доброй. Точно так же, как с переходом в старшие классы некоторые девочки превращаются в школьных красавиц, или начинают садиться на диеты, или становятся неформалками, Эллисон полностью и безвозвратно подобрела. К тому же она стала очень красивой, отчего ее доброта казалась еще более неуместной и странной.
— Знаешь, что мне это напоминает? — Возможно, Анна начинает понимать, что все заходит уже слишком далеко. — «Сложи лапки и не рыпайся»! Они считают, что я думаю только о том, как бы не встретиться с медведем, но сами не очень-то похожи на опытных туристов.
— Сэм уже ездил на такие вылазки раньше, — возражает Эллисон. — Они с Эллиотом постоянно путешествуют с рюкзаками по Вайомингу.
— Ну-ну. — Анна кивает головой. — Настоящие ковбои.
И снова Эллисон молчит.
— Но у меня есть один вопрос, — не может успокоиться Анна. — Тебе не кажется подозрительным, что у него в семье куры денег не клюют, а он дарит тебе простое серебряное кольцо?
— Признаться, — говорит Эллисон, — я уже и не знаю, хочется ли мне, чтобы ты была моей свидетельницей на свадьбе.
— Это что, угроза?
— Анна, с какой стати мне тебе угрожать? Ты сама даешь понять, что тебе не нравится ни Сэм, ни Эллиот. Я не хочу, чтобы из-за меня ты попала в дурацкую ситуацию и чувствовала себя неудобно.
— В такую, как сейчас? По-моему, совершенно очевидно, что всем было бы лучше, если бы я не поехала с вами. — Анна ждет, что Эллисон тотчас начнет возражать, но, когда этого не происходит, добавляет: — И мне самой тоже.
Следующие двадцать с лишним минут они не разговаривают. Сначала спасательный жилет сдавливает тело подобно корсету, но потом Анна к нему привыкает. Сидя в каяке, она испытывает облегчение, ведь теперь осталось пережить лишь саму поездку, а не подготовку к поездке
Наконец Эллисон нарушает молчание:
— Видишь впереди ледник? К нему нельзя близко подплывать, потому что в любую секунду от него может отвалиться кусок. Такой ледник называется айсбергообразующим.
Да, Эллисон старше Анны, да, характер у нее лучше, но они находятся в разном положении. Эллисон может позволить себе не продолжать спор, потому что в этой поездке Анна для нее не самый интересный человек.
— А ты молодец, — добавляет Эллисон. — Когда я первый раз поплыла на каяке, меня укачало.
— Неужели? — продолжая дуться, бормочет Анна.
— Меня стошнило прямо в воду. Можешь спросить Сэма. Ему от моего вида самому едва не стало плохо.
Пока они плывут, над ними пролетает белоголовый орлан, потом рядом с каяком выныривает тюлень. У Анны складывается впечатление, что взгляд его больших черных глаз, поблескивающих на мокрой коричневой голове, какой-то печальный. Затем он снова ныряет в воду и исчезает из виду.