Что вы, вовсе нет, – начала она, но тут же осеклась и, на минуту задумавшись, решительно покачала головой. – Я не стремлюсь к большому богатству или власти. Хочу просто жить, не считая каждое пенни, и надеюсь когда-нибудь достичь в своем творчестве более высокого уровня.
Джек чуть приподнял темные брови.
– Вы считаете, что уже достигнутого недостаточно?
– Конечно. Я нахожу в своей работе много недостатков.
– А я не вижу ни одного, – мягко заметил он.
Аманда не ожидала, что так мучительно покраснеет. Неужели это его похвала так на нее подействовала?
Глубоко вздохнув, она попыталась сохранить остатки разума. Держать себя в руках.
– Вы можете льстить мне сколько угодно, мистер Девлин, но не ожидайте, что я растаю. Цель моего визита одна – уведомить вас, что я никогда не соглашусь опубликовать «Ненастоящую леди».
– Прежде чем вы окончательно откажете мне, – мягко сказал он, – почему бы не выслушать мое предложение? Вдруг оно покажется вам интересным?
– Прекрасно.
– Сначала я хочу опубликовать «Ненастоящую леди» в виде романа с продолжением.
– Романа с продолжением? – ошеломленно протянула Аманда. Какое оскорбление! Романы с продолжением считались чем-то вроде литературы второго сорта по сравнению с произведениями, выходившими обычно в трех томах и твердом переплете.
– Но не можете же вы издавать их в бумажной обложке ежемесячными выпусками, как ваши журналы!
– А когда выйдет последний выпуск, – словно не слыша, продолжал Девлин, – напечатаем второе издание, на этот раз трехтомник, в тканевом переплете, с иллюстрациями во всю страницу и золотым обрезом.
– Почему бы не сделать это с самого начала? Я не пишу романов с продолжением и не собиралась этим заниматься.
– Знаю.
Внешне безмятежный вид оказался обманчивым. Девлин неожиданно подался вперед, глаза жарко блеснули.
– Вряд ли можно осуждать вашу позицию. Очень немногие романы с продолжением из тех, что мне довелось читать, хороши настолько, чтобы привлечь внимание читателей. Кроме того, необходим определенный стиль: каждый выпуск должен содержать несколько глав, но обрываться на самом интересном месте, чтобы читатели с нетерпением ждали продолжения. Нелегкая задача для писателя.
– Не вижу, каким образом «Ненастоящая леди» может подходить под этот стандарт, – нахмурилась Аманда.
– Ошибаетесь. Подходит, и очень. Роман легко разделить на тридцать два выпуска, с таким количеством драматических событий в каждом, что публика будет ими зачитываться. При этом от нас с вами потребуются относительно небольшие переделки.
– Мистер Девлин, – отрезала Аманда, – не говоря уже о полном отсутствии у меня желания прославиться как автор романов с продолжением, меня вряд ли увлекает перспектива иметь вас в качестве издателя. К тому же мне совершенно не улыбается мысль о работе над романом, за который я получила всего десять фунтов!
– Разумеется, – кивнул Девлин, но прежде чем успел добавить еще что-то, в комнате появился мистер Фретуэлл с серебряным подносом.
Поставив его на маленький столик рядом с креслом Аманды, Фретуэлл разлил чай в чашки севрского фарфора и показал на блюдо с песочным печеньем, усыпанным поблескивающими сахарными кристалликами. Выглядело все это очень аппетитно, и Аманда тайком сглотнула слюну. – Попробуйте, мисс Брайерз, – гостеприимно попросил Фретуэлл.
– Спасибо, не могу, – с сожалением пробормотала Аманда, улыбнувшись молодому человеку. Тот поклонился и вышел. Аманда сняла перчатки, положила на край столика и, размешав в чае молоко и сахар, осторожно пригубила. Превосходный сорт! Так и ласкает нёбо! Для полноты вкуса неплохо бы съесть печенье, но при такой комплекции каждый лишний кусочек, каждые конфетка или пирожное мгновенно откладываются лишней унцией жира на бедрах, а назавтра невозможно влезть ни в одно платье! Единственный способ держаться в форме – не есть сладкого и подолгу гулять.
До чего же унизительно, что собеседник, похоже, прочел ее мысли!
– Съешьте печенье, – лениво посоветовал он. – Если беспокоитесь о своей фигуре, заверяю, она великолепна во всех отношениях. Кому лучше знать, как не мне!
Стыд и раздражение охватили Аманду.
– Я все гадала, надолго ли у вас хватит терпения не упоминать об омерзительных событиях той ночи! – прошипела она и, дотянувшись до печенья, яростно вгрызлась в сладкий кружочек и окинула Джека злобным взглядом. Но тот лишь ухмыльнулся и, поставив локти на колени, пристально воззрился на собеседницу.
– Я бы не назвал их омерзительными. Аманда, энергично жевавшая печенье, едва не поперхнулась сладким чаем.
– Я решительно с вами не согласна! Меня обманули, мной воспользовались, меня унизили, и я мечтаю только об одном – поскорее забыть все это.
– О, этого я вам не позволю, – заверил он. – Что же до того, кто кем воспользовался… не помню, чтобы я набрасывался на вас из-за кустов. Не вы ли поощряли меня на каждом шагу?
