– В таком случае, мой маленький любознательный друг, – объявил он, – неплохо бы вам узнать еще кое-что: я люблю и умею танцевать. Так что, если позволите мне продемонстрировать…
Он взял у нее бокал, поставил на изящный столик и повел в гостиную.
Сон наяву продолжался несколько часов: Аманда танцевала, пила, смеялась и участвовала в играх. Обязанности хозяина временами заставляли Девлина отлучаться, но даже когда он стоял на другом конце комнаты, Аманда чувствовала, что он не спускает с нее глаз. К ее удивлению, он посылал ей откровенно мрачные взгляды, если она слишком долго говорила с каким-нибудь джентльменом, словно в самом деле ревновал. Мало того, даже велел Оскару Фретуэллу вмешаться, после того как она дважды протанцевала с обаятельным банкиром Митчеллом, по прозвищу Король.
– Мисс Брайерз! – учтиво воскликнул Оскар, склоняя златовласую голову, – по-моему, я еще не имел чести пригласить вас, а мистеру Митчеллу просто нельзя позволить единолично завладеть столь очаровательной дамой.
Митчелл нехотя уступил, и Аманда, вставая в исходную позицию кадрили, улыбнулась и покачала головой.
– Это ведь Девлин прислал вас, верно? – сухо осведомилась она. Фретуэлл смиренно склонил голову, даже не потрудившись отрицать очевидное.
– Мне ведено передать, что Король Митчелл разведен, к тому же игрок и женщине просто опасно находиться в его обществе.
– А мне он показался занимательным собеседником, – возразила Аманда, переходя к следующей фигуре и искоса поглядывая на Девлина, стоявшего в широком арочном проходе между гостиной и салоном. Лицо его было мрачно. Но Аманда жизнерадостно махнула ему рукой и продолжала танцевать.
Когда музыка смолкла, Фретуэлл проводил Аманду к столу с напитками и попросил налить пунша. Пока слуга разливал розовую жидкость в хрустальные чаши, Аманда обратила внимание на стоявшего рядом незнакомца.
– Мы не встречались раньше, сэр? – с улыбкой спросила она.
– Нет, к моему величайшему сожалению, – ответил высокий, невзрачный мужчина. Обыденность черт подчеркивала небольшая бородка из тех, что недавно вошли в моду. Несмотря на слишком большой нос, лицо, освещенное большими карими глазами, не казалось некрасивым, а улыбка так и лучилась добротой. Густые, коротко стриженные светло-каштановые волосы посеребрила на висках седина. Аманда решила, что он на пять, а то и на добрых десять лет старше ее. Зрелый мужчина, знающий себе цену и уверенно шагающий по жизни.
– Позвольте представить, – вмешался Фретуэлл, поправляя очки, – мисс Аманду Брайерз. Мисс Брайерз, это мистер Чарлз Хартли. Случилось так, что вы оба пишете романы для одного издателя.
Это открытие заинтриговало Аманду.
– Позвольте выразить сочувствие мистеру Хартли, – объявила она, чем вызвала смех обоих джентльменов.
– С вашего позволения, мисс Брайерз, – пробормотал развеселившийся Фретуэлл, – я оставлю вас изливать друг другу свои невзгоды, а сам пойду поздороваюсь с друзьями, которые только что прибыли.
– Разумеется, – кивнула Аманда, пробуя терпкий сладкий пунш, и, что-то припомнив, обратилась к собеседнику.
– Вы, случайно, не Дядюшка Хартли? – восторженно воскликнула она. – Тот самый, что пишет стихи для детей?
Получив подтверждение, она еще больше обрадовалась и порывисто коснулась его руки.
– Ваши работы превосходны! В самом деле превосходны! Я читала ваши истории племянникам и племянницам. Моя любимая – про слона, который все время жаловался, и еше про то, как король находит волшебного кота…
– Да, мои бессмертные произведения, – сухо, пожалуй, даже пренебрежительно перебил он.
– Но вы так умны, – искренне выпалила Аманда. – По-моему, писать для детей куда труднее, чем для взрослых! Мне никогда не удавалось придумать сюжет, который бы их заинтересовал.
Он улыбнулся так тепло, что невыразительное лицо вдруг стало почти красивым.
– Мне трудно поверить, что какой-то жанр может быть не под силу вашему таланту, мисс Брайерз.
– Давайте найдем тихий уголок и поговорим, – предложила Аманда. – Я сгораю от желания засыпать вас вопросами.
– Чрезвычайно привлекательное предложение, – одобрил он, беря ее под руку и уводя от стола.
Аманда нашла его общество успокаивающим и приятным. С ним она чувствовала себя спокойно в отличие от того возбужденного состояния, в которое ее неизменно приводило присутствие Джека Девлина. По иронии судьбы Хартли, писавший детские книги, был вдовцом и не имел собственных детей.
– У нас был хороший брак, – признался он Аманде, все еще сжимая пустую хрустальную чашу, из которой был давно выпит пунш. – Моя жена была из тех женщин, которые умеют внести уют и ласку в жизнь мужчины. Очень скромная, сговорчивая, она никогда не закатывала истерик и не предъявляла претензий, как многие нынешние дамы. Была очень прямой и откровенной и любила посмеяться.
Хартли неожиданно замолчал и задумчиво оглядел Аманду.
Знаете, это может показаться странным, но характерами вы с ней очень схожи.
