Они подошли к спальне, и Джек, ногой захлопнув за собой дверь, осторожно положил Аманду на большую кровать с витыми столбиками цвета ячменного сахара под желто-золотистым пологом из дамасского шелка. Пар поднимался от кувшина с горячей водой, стоявшего в углу, на умывальнике. Языки пламени плясали в камине, жадно пожирая только что подброшенные дрова.
Аманда смотрела на Джека широко раскрытыми глазами, гадая, намерен ли он раздеться прямо здесь, перед ней.
Он бросил фрак на туалетный столик, снял жилет и развязал галстук.
Аманда откашлялась, стараясь унять стук сердца. Но кровь в жилах уже раскалилась.
– Джек, – шепнула она, – мы вправду собираемся испытать на деле первую главу?
Джек ухмыльнулся, сообразив, что она имеет в виду «Грехи мадам Б».
– Признаюсь, красотка, моя память уже не та, что прежде. Не могу припомнить, как начинается чертова книга… если только не хочешь просветить меня.
– Нет! – вскрикнула она, чем вызвала очередной взрыв смеха.
Джек, не успев до конца расстегнуть рубашку, шагнул к ней. Свет лампы играл на его мускулистой груди. Потянувшись к капелькам серег, свисавших почти до подбородка, он осторожно вынул их из ушей, потер ноющие мочки, положил украшения на тумбочку и стал вынимать по одной шпильки из волос Аманды. Она закрыла глаза и тяжело задышала. Каждое его движение казалось медленным и выверенным, словно она была невыразимо хрупким созданием, требующим самого бережного обращения.
– Но должно же быть в книге Джеммы то, что тебе наверняка понравилось.
Он снял с нее туфли и уронил на ковер.
– То, что интриговало тебя… возбуждало…
Она подскочила от неожиданности, почувствовав, как его руки сжимают щиколотки и скользят вверх, до самых подвязок. Ловкое движение – и ленты сползли с ног. Джек скатал ее шелковые чулки, то и дело останавливаясь, чтобы погладить упругие изгибы икр. Кончики пальцев пощекотали чувствительные местечки под коленями, отчего ноги непроизвольно дернулись.
– Вряд ли я посмею выговорить это вслух, – со сдавленным смехом призналась она. – Кроме того, в этой ужасной книге ничто не может нравиться.
– Не правда, – мягко возразил он. – И ты просто должна сказать мне, красотка. В конце концов, после всего того, что было между нами, еще немного воображения не повредит. Расскажи мне, о чем ты грезишь.
– Нет, – покачала она головой, – сначала ты. Он снова сомкнул пальцы на ее щиколотках и привлек Аманду к себе.
– В моих фантазиях участвует каждая частичка твоего тела. Волосы, губы, груди… даже ноги.
– Ноги? – поразилась Аманда и снова подпрыгнула, когда его большие пальцы погладили подъемы стоп, снимая напряжение. Он поставил ее ногу себе на ширинку, рядом с толстым тяжелым стержнем, распиравшим ткань. Жар его тела обжег ступню, и пальцы немедленно поджались.
Смущенная и возбужденная, Аманда смотрела на него сквозь ресницы и видела, как игриво смеются глаза. Она немедленно отняла ногу и услышала его смешок.
Он быстро сбросил остальную одежду, упавшую на пол. В комнате стало очень тихо, если не считать потрескивания огня. Аманда рискнула бросить застенчивый взгляд на обнаженное мужское тело, но, тут же забыв обо всем, уставилась на Джека во все глаза. Прихотливое чередование света и тени выпукло вырисовывало каждую деталь: мышцы, золотистую кожу, элегантный абрис фигуры, придававшие ему грацию и изящество хищника. Она представить не могла, чтобы кого-то до такой степени не смущала собственная нагота, и все же он стоял перед ней с небрежным спокойным видом, словно был полностью одет. И очень возбужден: великолепная демонстрация жгучего желания, которого он даже не пытался скрыть.
Сладкая истома охватила Аманду. Никогда и ничего она не хотела в жизни больше, чем этого мужчину… ощутить тяжесть его тела на своем, палящее дыхание на коже, обнимающие ее руки…
– Теперь ты увидела голого мужчину, – объявил Джек. – И что думаешь по этому поводу?
Аманда провела языком по пересохшим губам.
– Думаю, что тридцать лет – слишком большой срок, чтобы дожидаться этого.
Он завел руки ей за спину и принялся расстегивать платье.
От запаха его кожи, теплого и солоноватого, слегка закружилась голова. Совсем как в тех случаях, когда ей случалось залпом выпить бокал вина. Она положила руки ему на плечи, чтобы прийти в себя. Кончики пальцев покалывало от смелых прикосновений к атласной поверхности.
Он осторожно поставил ее на ноги и стащил платье. Оказавшись в зеленом шелковом кругу, она переступила через него и осталась в легком корсете, сорочке и панталонах. Но тут же сконфузилась до красных пятен на лице и отступила.
– Джек…
Аманда подошла к умывальнику и налила горячей воды в расписную керамическую миску.
– Не мог бы ты подождать за ширмой? – попросила она, не глядя на него. – Мне нужно несколько минут, чтобы… чтобы…
Он подошел сзади и обнял ее за талию.
– Позволь мне помочь?
– Нет, – выдохнула она, охваченная неодолимым стыдом. – Пожалуйста, уйди… я справлюсь сама.
