«Раболепство?» — искренне поразился Михаил.
«Только не строй из себя «святую невинность», — разозлилось второе «я». — Можно подумать тебе раньше было дело до чувств прислуги. Ты же её неделями мог не замечать. Да и гонор свой постоянно показывал, когда утром, после попойки, был. Одно твоё «Анька», чего стоит, а ведь она не девочка, причём, давно».
«И к Вале так может кто-нибудь относиться», — сформировалась неприятная мысль в его голове.
Миша почувствовал, как накатывает волна отвращения и стыда. Странное сочетание. И совершенно новое для него. Он растерялся. Его «друзья» притихли, не желая вмешиваться. Иногда, человеку не нужны советы. Молчание — может быть и порицанием, и, одновременно, поддержкой в новых начинаниях.
Возвращаться в спальню к Вале не хотелось. Он не знал, как смотреть ей в глаза. Учитывая, что она, тоже, была домработницей. И где-то, кто-то её тоже считает ничем, пустым местом. А она вынуждена терпеть это унижение. Зачем? Почему? Неужели из-за денег?
«На что она готова пойти из-за денег? Ради денег?» — предубеждение грязными, длинными когтями царапало сердце и душу Миши.
Мужчина замер в нерешительности.
«Вернуться?» — кольнуло сердце.
«Ну, и дурень же нам попался, — ядовито заметило второе «я». — Его женщина в спальне ожидает. А он ломается, как девственница на первом свидании. Совесть его, видите ли, замучила. Эх, Миша, трусливым ты стал в последнее время. А потом удивляешься, что каждая Куколка тобой руководить пытается».
«Давай, уже, покажи себя мужиком, в конце концов!» — поддел внутренний голос.
«А и правда, — радостно вздохнул Миша. — Мало ли кто и кем работает. Все мы за деньги корячимся. Каждый крутится, как может».
Он развязал пояс халата, отбросил его в сторону и направился в спальню к Валентине.
Тем временем женщина устала ждать…
Вначале она приняла красивую позу на кровати, закинув руки за голову и согнув одну ногу в колене. Потом поднялась на локтях, скрестив ноги. Затем села, эффектно выпятив грудь и расстегнув несколько пуговиц на рубашке. Через пару минут расстегнула все пуговки и скинула рубашку. Почувствовала себя глупой. Встала с постели и надела рубашку. Походила по комнате.
Михаила всё не было.
Валя вздохнула, застегнула рубашку на все пуговицы, подвернула рукава и решила посмотреть, чем же он там так долго занимается.
Они столкнулись в коридоре, как раз в тот момент, когда Миша выходил из кухни.
Женщина задохнулась от вида обнажённого тела, которое завлекательно выглядывало из распахнутого халата.
— Нравится? — нагло и самоуверенно спросил он у неё.
— Очень, — совершенно не смущаясь рассматривала его молодая женщина, ненадолго задержав свой взгляд ниже талии мужчины.
— Иди сюда, — распахнул он свои объятия.
И она, как маленькая птичка, легко впорхнула в расставленные силки.
Миша яростно атаковал рот Вали, одним рывком разрывая рубашку спереди. Пуговицы весело застучали по паркету. Женщина застонала и теснее прильнула к нему, выгибаясь.
И в этот момент, где-то, совсем рядом, раздался телефонный звонок.
Валя вздрогнула и упёрлась ладонями в грудь мужчины.
— Это мой, — задыхаясь произнесла она.
— И что? — не прекратил целовать шею женщины Миша, спускаясь к призывно ожидающей груди.
— Мне надо ответить? — настаивала она, выворачиваясь из его объятий.
— Валюша, — удерживал её он.
— Миша, — неожиданно повысила она на него голос, отталкивая.
«Вот те на, — хохотал внутренний голос. — Наконец нашлась та, которая может тебе отказать, Мишенька».
Женщина бросилась к своей куртке, в кармане которой звонил телефон.
— Да, — выдохнула она. — Да. Здравствуйте. Да, конечно. Да, конечно. Да. Да. Хорошо.
Она посмотрела на погасший экран, подняла взгляд на мужчину:
— Прости. Но мне надо уйти. Неожиданно возникла подработка. Надо помыть люстру у одной из подруг моей основной хозяйки.
«Хозяйки», — резануло слух Миши.
— Сегодня я твой хозяин, — произнёс он.
Она посчитала, что он флиртует с ней таким образом, а потому подошла к нему, прижалась, обнимая за шею:
— О, властелин, — захихикала Валя. — Я вернусь к тебе, как только закончу работу. Обещаю, что твоё ожидание вознаградится.
— Ты не поняла, — обнял её за талию Миша, стискивая сильнее в своих руках. — Я готов заплатить.
— Заплатить? — чуть отстранилась она.
— Да, — чмокнул её мужчина. — Я заплачу, чтобы ты осталась сегодня со мной. Сколько ты сегодня планировала получить?
— Постой, — освободилась женщина из его объятий, сделав шаг назад. — Ты мне решил заплатить?
Он кивнул, широко улыбаясь.
«Вот дурень!» — охнуло второе «я».
«Жизнь ничему тебя не учит!» — поддакнул внутренний голос.
И… Вжик… Валентина залепила мужчине пощёчину.
— Что б не забывался, — зло бросила она ему.
Он открыл рот, чтобы что-то ей сказать…
Вжик… И пощёчина опалила другую щёку мужчины.
— Для симметрии. Если с первого раза не дошло.
Она развернулась и побежала в спальню, переодеваться.
«Вот и ответ на мучивший тебя вопрос», — первым ожил внутренний голос.
«Хоть бы посоветовался, прежде, чем инициативу проявлять», — нравоучительно хмыкнуло второе «я».
