«Но я, — опешил Михаил, — как бы не женщина».
«Жаль, — печально протянуло второе «я». — Тогда бы ты сразу оценил, как хорош и привлекателен доктор, с которым наша Валюша осталась наедине».
Мужчина задохнулся от возмущения, но не успел ничего ответить.
— Ну как? — к нему подошёл его приятель Алексей и хлопнул по плечу. — Ждёшь?
— Жду, — пробурчал тот, поднимаясь со стула.
«А других вариантов-то и нет», — недовольно отметил внутренний голос.
«Почему нет, — не согласилось второе «я», — всегда можно ворваться внутрь… Только представьте, что молодой доктор может сделать с нашей Валей…»
«Да что ж такого он может с ней сделать?» — недоумевал Миша.
«А тебя вообще не волнует, что посторонний мужчина кое-что засунет Вале в рот…» — коварно подсказало второе «я».
Лицо Миши вытянулось. В голове промелькнули яркие образы того, что могло произойти за закрытой дверью.
«Да, тяжёлый случай», — вздохнул внутренний голос.
«Мишенька, — поддакнуло второе «я», — тебе надо запретить смотреть столько фильмов для взрослых».
«Хотя, — перебил внутренний голос, — последние две сцены можно было бы и в жизнь воплотить. Н-да, аж, мурашки по телу от возбуждения».
«Сейчас не время возбуждаться», — осадило второе «я».
Миша побагровел.
— Надо же, — по-своему оценил состояние приятеля Алексей. — Первый раз вижу, чтобы так за женщину переживал.
— Я что сухарь? — напрягся мужчина, окинув друга недобрым взглядом.
— Почему сухарь, просто она, — мечтательно улыбнулся Алексей, — женщина, а не одна из твоих куколок. Настоящая женщина. Понимаешь?
«Как же он определил, что Валя настоящая женщина, если видел её от силы пять минут?» — заворчал внутренний голос.
«А ещё друг называется», — вторило второе «я».
Миша свирепо молчал.
— Слушай, а кто она? — не унимался приятель.
«Шустряк!» — ахнули «друзья» в голове Миши.
— Она со мной, — прошипел Михаил.
— Значит родственница, — сделал вывод Алексей и улыбнулся ещё шире.
«Держись, Мишка! — уговаривал себя Михаил, сжимая руки в кулаки. — Не время и не место кулаки чесать о нахальную рожу Лёшки».
«Ещё один любитель натуральных продуктов», — фыркнул внутренний голос.
«Конкурент», — ревниво произнесло второе «я».
Михаил был уже готов впиться зубами в шею приятеля, чтобы отгрызть ему голову, не желая смотреть на его улыбающуюся рожу.
«Да, — всё больше и больше раздраконивал внутренний голос, — Алёшка знатный ценитель грудок и бёдрышек. И он не станет страдать ложной скромностью и забивать себе голову всякой ерундой».
«Он гурман, — хохотало второе «я». — Любитель цыпочек».
Миша сопел и бросал злые взгляды на приятеля, который находился в мечтательном состоянии и не обращал на гримасы Бирюкова никакого внимания.
— Не волнуйся так, — подливал масло в огонь Алёша. — Твоя родственница в лучших руках моей клиники. Димка прекрасный гастроэнтеролог. Он мастерски решает любые трудные задачи.
«Звучит так будто он массаж ей будет делать своими лучшими руками», — возмутился внутренний голос.
«Прекрасный гастроэнтеролог, — хмыкнуло второе «я». — Гастроэнтеролог, сексопатолог… все они извращенцы, любители трудных случаев. Просто гуру, какой-то…»
— Да сколько можно! — прорычал Миша, взявшись за дверную ручку, окончательно потеряв терпение и чуть не получил по лбу, когда дверь широко открылась и в коридор вышла Валя в сопровождении молодого врача. Дмитрий ярко улыбался женщине во все тридцать два зуба.
— Всё в порядке? — Алексей бесцеремонно отодвинул Мишу и нагло подхватил Валю под локоть.
«Мишаня, — завопил внутренний голос, — нас только что обошли на повороте».
«На каком повороте, — бурчало второе «я». — На прямой. Нас обошли на прямой. Причём двое».
Валя открыла рот, чтобы ответить, но Миша вклинился между ней и Дмитриям, у которого вытянулось лицо. Михаил притянул женщину к своему боку. Алексею пришлось выпустить локоть Валентины. Оба доктора с недоумением смотрели на парочку.
«Так их, — радостно воскликнул внутренний голос. — Нечего на чужое зариться!»
«А то чуть слюной бедную Валюшку не закапали с ног до головы», — добавило второе «я».
Женщина пискнула и, разинув рот, уставилась на Мишу.
«Самцы», — промелькнула мысль в её голове.
— Дорогая, — обратился Михаил к Валентине, — как ты себя чувствуешь?
«Какой прыткий», — улыбнулась она.
«Что ж не любимая?» — поддел внутренний голос мужчину.
«Ох, припомнит тебе, Мишенька, эту вольность Валюша», — не унималось второе «я».
— Дорогая? — удивился Алёша. — Разве она не твоя родственница?
— Она… — запнулся Михаил, не зная, как правильно представить Валентину.
«Знакомая? Подруга? Любовница? Дама сердца?» — роились вопросы в его голове.
— Домработница, — оттолкнула Мишу женщина.
На лицах мужчин отразилось удивление.
«Получи фашист гранату!» — захохотало второе «я».
— Благодарю вас, хозяин, за внимание к моей скромной персоне, — глядя в глаза Мише произнесла Валентина. — Не смею больше вас утруждать, — она улыбнулась и, развернувшись на каблуках, пошла прочь.
Миша побледнел. Дима понимающе улыбнулся. А Алексей рассмеялся, он впервые видел друга таким потерянным из-за женщины.
