Женщина обернулась на окна коммуналки, не зная, как избежать назревающего скандала. Тащить мужчин к себе она не могла. Но и понимала, что так просто они не уйдут и уж тем более не замолчат.
«Неужели я в прошлой жизни чем-то провинилась, — понурила она голову, заметив, как из подъезда вышел любитель покурить, — что в этой приходится расплачиваться…»
«Петух», — фыркнул внутренний голос.
— Молчал бы, — вступился за Валю Миша.
— А ты мне рот не затыкай! — не унимался Рома. — Она моя…
«Ух, как завертелось, — хохотало второе «я». — Пока наш, Мишенька, телится, некоторые решили обратно вернуться, — хрюкнуло, — в лоно, — опять хрюкнуло, смеясь, — брака».
«Как пошло», — криво улыбнулся внутренний голос.
— Твоя? — пихнул Валю себе за спину Миша, сверля злым взглядом пьяного мужчину.
— Моя, — глотнул алкоголя Рома. — Жена. Бывшая, — произнёс по слогам.
«Уф», — облегчённо выдохнули Миша, второе «я» и внутренний голос.
Валя покраснела, заметив, что Маргарита Петровна тоже вышла на улицу.
— И я как её, — вздохнул Рома, — как этот… ну… как его…
— Бывший муж, — подсказал Миша.
— Точно, — пьяно лыбился Роман. — Хочу! Нет. Требую!
— Рома! — откуда ни возьмись возникла Эль в длинном тёмно-сером пальто. — Ты опять припёрся к этой! — она держала в руках телефон, на экране которого была включена специальная программа по отслеживанию абонента.
— У этой имя есть, — зло прошипела Валентина.
«Что ж тут всем мёдом намазано!» — застонал Миша, разворачиваясь, чтобы заключить Валю в свои объятия.
«Не хнычь, — радовалось второе «я», — сейчас эта курочка уведёт своего пьяного петушка домой».
«Эх, — вздохнул внутренний голос, заметив, что Эль, несмотря на свой гнев, сторонится Валю, — всё бы отдал, чтобы хоть глазком подсмотреть, что же у них сегодня произошло в туалете».
«Бабский реслинг, — вмешался Миша, — это…»
«Жуть», — вздохнуло второе «я».
«Точно», — мечтательно произнёс внутренний голос, представляя красивых девушек в купальниках.
«А ещё лучше, если купальники будут мокрыми», — блаженно отвлёкся Миша.
«Дебилы! — поморщилось второе «я». — куда лучше, вообще, без купальников».
Пока Миша вместе с «друзьями» ненадолго завис в сексуальной фантазии одной на троих, Валя больно ударила его локтем в живот и пользуясь заторможенностью мужчины, который пытался быстро сбросить с себя марево дурмана, хотела выскользнуть из его рук.
«Нет, — морщась от боли прижал он к себе женщину, — никуда ты от меня не убежишь. Не в этот раз. Пора наконец дать всем понять, что ты больше не «просто Валя», а «моя женщина», — решил для себя Михаил. — А то в глазах начинает пестрить от мужиков, которые постоянно на тебя облизываются. Даже Серёга, и тот, пал к твоим ногам».
«Давно пора заявить на неё свои права», — согласился внутренний голос.
«Ещё скажи, пусть он её пометит», — фыркнуло второе «я».
Валя снова попыталась, освободиться из объятий Миши, и уже было подняла ногу, чтобы ударить, лягнув мужчину, ну, хотя бы, в голень или в колено, в общем, куда дотянется, когда Михаил наклонился к ней и произнёс ей на ухо:
— Даже не думай об этом, отшлёпаю.
«Ну, не при свидетелях же», — пожурило второе «я».
Женщина покраснела, вспомнив кое-что из их совместного утра.
«Хотя, — задумалось второе «я», заметив красноречивую реакцию Валентины, — кто-то явно не против, твоего «страшного» наказания».
— Я никуда не пойду, — раздался пьяный голос Романа. Он оттолкнул Эль, которая настырно тянула его за руку, заставляя встать с лавки. — Никуда не пойду, пока не поговорю с Валей.
— Ты! — ударила его по плечу Эль. — Мерзавец! Хочешь бросить меня! Кобель!
— Рома, — вздохнула Валентина, — иди домой. Потом поговорим.
— Нет! — стукнул кулаком по лавке Рома. — Замёрзну, но не уйду.
«Упрямец!» — негодовали Миша, второе «я» и внутренний голос.
— Рома, — проскулила Эль. — Я буду хорошей девочкой, только не бросай меня.
Красавица упала перед ним на колени и обняла правую ногу мужчины, заискивающе глядя на него.
«Как пошло и театрально», — хмыкнул Михаил.
«Кто бы говорил», — вмешался внутренний голос.
«Все твои куколки таким же способом пытались и тебя доить», — криво усмехнулось второе «я».
«Я что похож на корову?» — разозлился Миша.
«Скорее на козла», — усмехнулся внутренний голос.
«Такой же вонючий, — захохотало второе «я». — Чуть не по-твоему и воняешь… Воняешь… Воняешь…»
— Ромочка, — плакала Эль.
— Вот, Валька, — Роман погладил свою женщину по голове, — что тебе стоило, хоть раз так же…
— Встать на колени? — пришла в ужас Валентина. — Не дождёшься.
«Да, он совсем страх потерял!» — воскликнули Миша, второе «я» и внутренний голос. Если бы мужчина не держал в объятиях Валю, то ринулся бы укоротить длинный язык и скорректировать богатую фантазию пьяного.
— Умолять, — вздохнул Роман. — Мужчина хочет, чтобы его умоляли.
«В этом что-то есть», — притих Миша, впрочем, как и его «друзья».
— А ты за годы нашего брака ни разу не умоляла меня. Даже сейчас нос воротишь, — добавил Роман. — А я мужчина, между прочим!
— Кто здесь мужчина! — воскликнула Валя. — Ты что ли? — махнула рукой в сторону Ромы.
