— Вале, — пожал плечами Роман, прикладываясь к бутылке.
«Вы что-нибудь поняли?» — спросил Миша у «друзей».
«Я? — переспросил внутренний голос. — Нет. Но я не самый умный в нашей компании».
Второе «я» молчало, не желая признавать свою беспомощность.
Миша обернулся на мужика с сигаретой.
— Что тут сложного, — пожал тот плечами, картинно затягиваясь и выпуская дым колечками. — Он, — махнул рукой в сторону Романа, — когда на Вальке был женат, изменял ей с той бабёнкой. Её, кстати Оксаной зовут, но она предпочитает Эль. А теперь, когда женился на ней, хочет Валю.
«Кобель!» — возмутились все трое «приятелей».
— Откуда знаешь? — не удержался от вопроса Миша.
— Тут все всё знают, — снова затянулся мужик.
«Опасное место, — хихикнул внутренний голос. — О том, что Мишенька любит в носу поковырять, знали только мы, а теперь все. Так неровен час и конкуренты узнают».
— Он специально сидит, — ухмыльнулся мужик с сигаретой. — Знает, что Валька, добрая-душа, сжалится и потащит к себе.
«Ох, — кольнуло сердце у Миши, — а я думал, что был первым…»
«Ага, — вздохнул внутренний голос, — он тебя и здесь обошёл. Он вообще-то был её мужем. Если перечислять в чём Роман был с Валей первым по сравнению с тобой… много времени уйдёт…»
— Что ж она его домой на такси не отправит? — не сдавался Миша.
— А что ты у неё сам не спросишь? — прищурил глаза мужичок. — Может ей хочется ласки? Она баба красивая, молодая, а он…
Но Миша не дослушал, он словно разъярённый бык бросился в подъезд, как на красную тряпку тореадора.
«Я её, а она с ним!» — крутилась мысль в его голове.
— Давай, Лысый, не подведи, — ухмыльнулся мужик отбрасывая сигарету. — А то больно смотреть, как ты маешься, а разродиться признанием не можешь.
Он вздохнул и направился к Роману:
— Ну, что болезный, пойдём, такси уже ждёт.
— Я останусь здесь, пока Валька не выйдет.
— Так она тебя дома ждёт, — мужчина поднял Романа с лавки.
— Как так?
— Разминулись вы.
— Да? — Роман обернулся на окна коммуналки.
— Точно. Зуб даю, — усмехнулся мужчина, вспомнив, что давно носит вставную челюсть.
Валя обнажённая стояла посреди своей комнаты и потухшим взглядом смотрела на дверь, за которой скрылся Миша.
«Это конец, — ёкнуло её сердце. — Вот так же, когда-то уходил и Роман, придумывая разные причины. Как оказалось потом к любовнице. Молодой и красивой. А буквально сегодня на мероприятии Миша был вместе с Викторией. Как же это мерзко! — женщина, словно находясь в каком-то оцепенении, открыла шкаф и надела удлинённую футболку, которая доходила до середины бедра, и трусики. — Он что и со мной? И с ней? — пришла она в ужас от мыслей, которые быстро меняли друг друга. — И я тоже хороша! Бросилась на него, как кошка во время течки. Нет, — расхаживала она по кругу, — не хочу быть ещё одной в череде ожидающих его внимания баб. Презервативов у него не нашлось! Что-то в нашу прошлую встречу он о них и не вспомнил. А сейчас… его это вдруг остановило…»
Женщина застыла на месте, случайно поймав взглядом носок, который сиротливо выглядывал из-под дивана. Она, повинуясь порыву, нагнулась и подняла его.
В другой бы момент Валя возможно стала бы возмущаться, что это несусветное безобразие, так бесцеремонно разбрасывать носки, что они дурно пахнут и всё в этом роде, но сейчас она прижимала этот злосчастный носок к груди, как самое дорогое, что было в её жизни.
«Когда, — задыхалась она от слёз, которые выступили на глазах. Рыдания сами собой вырвались наружу. — Когда я успела влюбиться в Мишу? Ведь он хам, нахал и непревзойдённый тупица! А ещё нежный, ласковый, обжигающе страстный, незабываемый. Он один такой, — всхлипнула, повалившись на кровать, поджимая под себя ноги. — Дура! Какая же я дура! Снова влюбилась не в того человека!»
Её тело содрогалось от рыданий.
А в это время Миша замер перед входной дверью.
Извечный вопрос: что делать, — замаячил перед глазами.
«Каждая женщина мечтает, чтобы появился рыцарь на белом коне и спас её от злого дракона», — подсказал внутренний голос.
«Конь, пусть и не белый стоит во дворе, — учтиво согласилось второе «я». — А вот с драконом придётся туго, — вздохнуло. — У нас тут целая драконица намечается в лице Валентины. Она небось сама уже праведным огнём плюётся».
Миша побагровел и со всей силы пнул входную дверь.
Где-то на периферии сознания Валя услышала отчаянный глухой стук во входную дверь. Стучать могли только к ней.
«Меня нет дома», — вяло улыбнулась она, вытирая новую порцию слёз.
«Ногу не жалко?» — хмыкнул внутренний голос, когда мужчина повторил пинок.
«Никого нет дома», — ухмыльнулось второе «я». — Тебя послали, Мишенька. Куда ж яснее…»
Миша отчаянно забарабанил в дверь.
«Раньше надо было, дружочек, свой темперамент показывать», — дразнило второе «я».
Неожиданно входная дверь открылась.
— Чувствую себя феей крёстной, — улыбаясь произнесла Маргарита Петровна, шире распахивая дверь перед мужчиной.
— Спасибо, — поблагодарил он. Миша так торопился войти, что споткнулся о порог.
