Она, правда, доработала до конца учебного года и уволилась без эксцессов. За семь месяцев, прошедших со дня их встречи с Ником — Элка не раздумывая, ещё в клубе, стала звать его Колей, что очень понравилось австралийцу, потому что звали его именно Колей, но только дома, в кругу говорящих по-русски родственников — за семь месяцев Коля прилетал четыре раза. Элка отчалила с ним в конце июня, будучи беременной на пятом месяце и счастливой до полного отупения…
Она родила девочку Марусю, потом, через год, мальчика Алёшу, которые, конечно, станут Мэри и Алексом за порогом родного дома. Элка с Колей совершенно счастливы и занимаются одним делом — кино. Она включилась в его творчество со всем азартом своей неугомонной натуры.
Вчера я получила полное восторгов письмо о том, что они летали на досъёмки каких-то эпизодов на дикие южные острова, побывали в суровой антарктической зиме, сейчас вернулись и отогреваются в своём вечном тепле, материал получился что надо, фильм выйдет в начале следующего года… «Что у тебя?» — обычный вопрос в конце письма.
У меня — Егор… А как рассказать Элке, что со мной происходит?… Что я никогда ничего подобного не испытывала ни к одному ребёнку, и что уже сама готова поверить в какую-нибудь фантастическую историю…
В дверь кто-то тихо заскрёбся.
— Кто там? — Спросила я и глянула машинально на часы: половина восьмого.
— Это я. — Тихий голос Егора.
— Входи!
Егор робко заглянул в приоткрытую дверь.
— Доброе утро. — Сказал он всё так же полушёпотом.
Я засмеялась:
— Ты что шепчешь? Боишься меня разбудить?… Заходи!
Он вошёл с виноватым видом.
— Что такое, Егор?
— Я не рано? Можно принести вам кофе?
— Можно! — Я не могла удержаться от смеха. — Неси!
Егор вышел и тут же вернулся с подносом, на котором стояла кружка с дымящимся кофе. Он, оказывается, всё приготовил и оставил за дверью…
— Ну вот! — Сказала я. — Я буду пить кофе, а ты на меня смотреть?
— Я сейчас! — И Егор пулей вылетел из комнаты.
Я сделала глоток. Надо же! — он не забыл, что по утрам я пью исключительно «детский кофе» — некрепкий, с сахаром и сливками, а крепкий чёрный — только днём.
Позже я узнала от Андрея — по большому секрету — что Егор разбудил его и попросил сделать кофе, «как любит Марина», а сам внимательно следил и запоминал: сколько чего и куда насыпать…
Это оказалось и в самом деле очень приятным — выпить чашку горячего сладкого кофе, не вставая с постели! Я так и сказала Егору:
— Знаешь, благодаря тебе я сделала одно очень приятное открытие в своей жизни!
Он смущённо опустил глаза и сказал, что ему это нетрудно, он может всегда приносить мне кофе по утрам…
— Ведь вы же теперь навсегда останетесь у нас? — И снова тот же вопрос и то же ожидание во взгляде.
Я предложила оставить эту приятность на воскресные утра, когда можно вот так, не спеша, наслаждаться горячим ароматным кофе и беседой…
— Ну, тогда давайте беседовать! — Тут же предложил парень.
— Ну, давай! — Сказала я. — И давай, залезай-ка под одеяло, а то опять как-то нехорошо: я в подушках, ты на краю постели.
Мы «пробеседовали» до девяти часов.
Егор какой-то уловкой вывел меня на рассказ о моём муже… Ах, да, вспомнила: устроившись рядом со мной, он деликатно спросил:
— А ваш муж приносил вам кофе по утрам?
Ну, и слово за слово я рассказала Егору свою историю в адаптированном для подростка варианте. О том, как я долго не выходила замуж, потому что была увлечена работой, как ждала принца, как потом встретила его, как нам было интересно вместе работать, ходить на выставки, в кино, в театр…
— А почему у вас с мужем не было детей?
Я не знала, что ответить, чтобы ребёнок понял меня… И всё же решила не лукавить.
— У нас было так много чужих детей, и мы опасались, что на своих собственных не хватит времени и сил… А ещё… — Вот уж этого я говорить вовсе не собиралась!.. — Если бы у меня родился ребёнок, он был бы сейчас таким же, как ты, и я бы занималась его воспитанием. И не узнала бы тебя…
— А в каком году вы поженились?
— В девяносто первом. В декабре.
Егор надолго замолчал. Я скосила взгляд — его лицо было сосредоточенным. Не успела я предположить, что же так озаботило парня, как в дверь постучали.
— Войдите! — Сказала я, будучи уверена, что это домработница решила справиться о времени завтрака.
Заглянул Андрей и удивлённо окинул взглядом неординарную картинку: мы с Егором, полулёжа в подушках, беседуем беседу с пустыми кружками в руках.
— Доброе утро! — Сказал он, улыбаясь.
— Доброе утро! — Ответили мы в голос.
— А я-то думаю, куда все пропали из дома… Егора у себя нет, к завтраку никто не выходил.
— Ой, я есть хочу! — Подскочил Егор.
— Я, пожалуй, тоже. — Поддержала я его.
