Эта книга – глубокий, всесторонний разговор о женском голосе. Ребекка Солнит рассказывает не только о менсплейнинге, который этот голос игнорирует, – она затрагивает множество острых, болезненных тем, каждая из которых громко свидетельствует об угнетении женщин. Жестокость, насилие, равнодушие, замалчивание – все это попадает во внимание журналистки, которая с холодной головой и беспощадной честностью обличает дискриминацию женщин. От живописи до кино, от прозы Вирджинии Вулф до историй жертв изнасилования, вчера и сегодня, по всему земному шару – Ребекка Солнит написала всеохватную феминистическую книгу. Если вы давно хотели разобраться, что это за феминизм такой, без пустословия и прикрас, – вы нашли ту самую книгу.В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
Посвящаю эту книгу:
нашим бабушкам;
мечтательницам, которые борются за справедливость;
мужчинам, которые понимают;
молодым женщинам, которые не сдаются;
пожилым женщинам, которые проложили дорогу молодым;
бесконечным спорам;
и, наконец, миру, где Элла Нахимовиц (родилась в январе 2014-го)
сможет полностью реализовать себя.
Rebecca Solnit
Men Explain Things to Me
© Е. Луцкая, перевод, 2021
© Rebecca Solnit, 2021
© ООО «Издательство АСТ», 2021
До сих пор не пойму, зачем мы с Салли вообще пошли тогда на вечеринку на горном склоне под Аспеном. Все до единого гости были старше нас и невозможно скучны. Мы, тетки за сорок, считались здесь за девчонок. Дом был шикарный – если вы, конечно, любите шале в стиле Ральфа Лорана: внушительное, роскошное здание, выстроенное на высоте девяти тысяч футов, на стенах лосиные рога, повсюду ковры «килим», дровяная печь. Мы уже собирались уходить, когда хозяин обратился к нам: «Побудьте еще. Хочу с вами пообщаться». Представительный и ужасно богатый мужчина.
Пришлось нам дождаться, пока другие гости не отчалят в летнюю ночь: тогда он усадил нас за дорогой деревянный стол и обратился ко мне:
– Ну что? Я слышал, вы написали пару книг?
Я ответила:
– Если точнее – несколько.
– И о чем же они? – продолжал он таким тоном, словно разговаривал с семилетним ребенком, который стесняется рассказать, как хорошо он играет на флейте.
Вообще говоря, мои шесть или семь вышедших на тот момент книг были о разных вещах. Я заговорила о той, которая на тот летний вечер 2003 года была самой свежей. Это была «Река теней: Эдвард Мейбридж и технологичный Дикий Запад», где шла речь о покорении времени и пространства, об индустриализации повседневной жизни.
Вскоре после того, как я упомянула Мейбриджа, собеседник перебил меня:
– В этом году вышла одна очень интересная книга о Мейбридже: слышали о ней?
Он наделил меня ролью инженю столь внезапно и столь решительно, что я практически готова была поверить, будто одновременно с моей книгой вышла еще одна на ту же тему, а я умудрилась ничего о ней не узнать. И вот он уже рассказывает мне об этой интересной книге – вот с этим знакомым надменным выражением лица «Мужчина Вещает», устремив взор в загадочную даль своего авторитета.
Оговорюсь: в моей жизни есть множество замечательных мужчин, в том числе редакторов, которые еще с юных моих лет слушали меня, поддерживали и публиковали мои работы. У меня есть бесконечно щедрый младший брат и множество чудесных друзей, о которых я могу сказать словами Чосера о Студенте из «Кентерберийских рассказов»: «Хотел учиться и других учить». Что-то я еще помню с уроков литературы! Но бывают и другие мужчины.
Тем временем наш мистер Умник продолжал, надувая щеки, вещать об этой книге, которую мне обязательно стоило бы прочесть… пока Салли не перебила его:
– Это ее книга.
По крайней мере, Салли попыталась его перебить – а он продолжал как ни в чем не бывало. Ей пришлось трижды или четырежды повторить «Это ее книга и есть», – прежде чем до него дошло. И тогда – точь-в-точь как пишут в романах девятнадцатого века – наш мистер Умник побледнел как полотно. Тот факт, что именно я и написала эту важнейшую книгу, которую он, как выяснилось, даже не читал – просто наткнулся на рецензию в New York Times несколько месяцев назад, – настолько перевернул весь привычный ему мир с ног на голову, что он потрясенно умолк. На секунду. А потом продолжил вещать. Как приличные женщины, мы удалились от него на почтительное расстояние, прежде чем расхохотаться. И, в общем, хохочем до сих пор.
Люблю такие моменты, когда вдруг всплывает на поверхность неприглядная истина, которую обычно сложно разглядеть и привлечь к ней внимание. Трудно, например, не заметить анаконду, которая сожрала корову или слона – а потом взяла и насрала на ковер.
Конечно, подобного субъекта можно встретить на любой вечеринке. Толкать речи о теориях заговора и иной чепухе могут и мужчины, и женщины. Но, по моему опыту, настолько уверенно нести отъявленную чушь – привилегия лишь одного пола. Мужчины учат меня жить. Меня и других женщин. Неважно, разбираются они сами в проблеме или нет. Так поступают очень многие мужчины.
