Игорь оттолкнул меня от себя, и я сильно ударилась спиной о стену.
– Я имел ее, как и тебя! – злобно произнес он.
Не помня себя, ведомая ненавистью и отчаянием, я схватила со стола бутылку коньяку и со всего маху саданула ею по голове Игоря. Удар получился такой силы, что бутылка разбилась вдребезги – в моей руке осталось от нее лишь горлышко.
Игорь повалился на пол и остался там лежать, не подавая признаков жизни.
Несколько секунд я стояла в оцепенении. Столько же времени я наблюдала, как по полу растекалась кровь, которая выходила из-под правого виска Игоря, куда вонзился один из осколков от бутылки. Очевидно, этот кусок стекла, он с силой накрыл своей головой при падении.
После образовавшейся солидной кровяной лужи, я, выйдя из оцепенения, кинулась к нему и приложила руку на его пульс. Пульса я не нащупала, как и не заметила его дыхание. Все говорило мне о том, что я его убила.
Я обреченно признала его смерть.
В своем воображении я стала видеть свое ближайшее будущее – меня посадят и дочь останется одна. Желая оградить ее от одного, я втянула ее в другое: следствие, суд, сплетни, всякие подробности – всем букетом грязи умоется Наташа. И это с ее психикой!
От ожидавшей меня перспективы я пришла в бешенство, которое стала срывать на теле Игоря, с неистовством его колотя.
– Скотина, – кричала я, – тебе же дали деньги! Почему ты сразу не ушел, гадина?!
Я била его пока не обессилила. Затем, с моих глаз ручьем полились слезы. Я заплакала навзрыд – от досады и страшной несправедливости.
Выпустив из себя все слезы, я застыла в отрешенности, как безумная.
Уставившись на окровавленное тело Игоря, я безучастно сидела рядом с ним на полу. Я смотрела на него и не испытывала к нему ни жалости, ни ненависти – ничего. Казалось, что моя душа покинула меня, впрочем, как и сознание тоже. Можно сказать, что вместе с Игорем была мертва и я, с той лишь разницей, что он лежал, а я сидела. Наверно, я бы сидела так и сидела еще не один час, если бы не раздался звонок, который привел меня в чувство.
Я сняла трубку, звонила Наташа.
– Мама, я скоро буду, – сообщила она. – У меня не будет одной пары.
Я перепугалась.
– Когда скоро? – с трудом шевеля губами и языком, спросила я.
– Примерно через час.
«Как же, – подумала я, – если она застанет весь этот ужас, у нее будет истерика, а то и помутится ее разум!»
– Нет уж, – выпалила я, обращаясь к трупу, – тебе не удастся испортить мне жизнь!
Выпив половину бокала водки, я приступила к действию.
Опустошив все карманы Игоря, я взяла ключи от его машины и вышла на улицу, где не было ни души. Сев в машину, я загнала ее в гараж. Только в эти минуты я по-настоящему оценила свое умение водить машину.
Вернувшись в дом и завернув обмякшее тело Игоря в покрывало, я поволокла его по полу. Я ужаснулась количеству крови – кровяная полоса, что тянулась по полу за трупом, не редела и оставалась одинаково насыщенной на протяжении почти всех пройденных мною метров. И откуда только она лилась? Благо, что пол был паркетный, а не как в моем офисе – покрытый ковролином.
Игорь оказался тяжелым, и мне понадобились неимоверные усилия, чтобы дотащить его до гаража, где я поскользнулась и упала, измазав лицо еще теплой его кровью. Оставив труп, я кинулась в ванную и, пока смывала липкую кровь с лица, меня едва не стошнило.
Собрав весь остаток сил, я вернулась в гараж и забросила тело Игоря в багажник «восьмерки»: поначалу туловище, а затем, втиснула туда и ноги.
С некоторым облегчением я заперла багажник и гараж.
От волнения и перенесенной мною тяжести меня всю дико колотило, разве что только зубы не стучали у меня. Чтобы унять свою тряску, я стала бить себя по щекам, и угомонилась лишь тогда, когда почувствовала, что лицо горит огнем. Жар на лице стал распространяться по всему телу, отчего мои конвульсии несколько успокоились.
Взглянув на часы, я пошла действовать дальше. Чтобы успеть, до приезда Наташи, уничтожить оставшиеся следы убийства, у меня время было еще предостаточно.
Быстро собрав от бутылки все ее осколки, я так же быстро вымыла весь пол – на все про все у меня ушло не более десяти минут. Затем я уничтожила все, что вытащила из карманов Игоря, оставив ключи от его машины и квартиры, что вместе с двадцатью тысячами долларами положила в сейф. Туда же я бросила и записку, написанную Игорем для Наташи.
Оглядев несколько раз гостиную, прихожую и ванную, я не нашла ничего такого, чтобы это намекало бы на произошедшее в моем доме убийство.
Не желая того, я стала убийцей. Каково, а? Вот он – рок.
Я выпила еще водки и, едва опустившись в кресло, вспомнила о дисках. Вскочив как ошпаренная, я схватила диски и со злостью покидала их в горящий камин. От мысли, что я чуть было про них не забыла, у меня дико забилось сердце и застучало в висках.
