Я смеюсь, обнимая его крепче, а потом рывком отстраняюсь. Я успеваю подняться на ноги прежде, чем он спохватывается. И от этого мой смех становится совсем беззастенчивым и даже вызывающим. Каин картинно кривится, не желая терпеть мой триумф, и поднимается следом. Черт, он с такой легкостью и плавностью надвигается, что это напоминает красивый свободный танец и завораживает меня.
Ему не хочется сопротивляться, пусть ради глупого веселья, ему хочется поддаваться. Самой тянуться к сильным рукам, в которых можно напрочь позабыть о любой беде.
– И чего ты выжидаешь? – дразнит он, раскатывая слова, как сладкие леденцы, во рту. – Готовишь прыжок?
– Я умею драться, зря насмехаешься.
– Ну я тоже немного умею.
Я замечаю лавку, которая придвинута к правой стенке и запрыгиваю на нее, не выпуская приближающегося Каина из виду.
– Она шатается, – замечает он скептически.
Следом тянет ко мне руки, чтобы спустить на пол, но я отступаю, на манер пьяного гимнаста вышагивая по узкой скамейке. Каин усмехается и смотрит, как я выбрасываю руки в стороны и продолжаю медленно отдаляться.
– Ты наступишь на подол.
Да, я сняла туфли, а без них длинна юбки перестала быть комфортной.
– Ты же поймаешь меня? – я повторяю его нагловатую усмешку и фыркаю, передразнивая его. – Это ведь упражнение на реакцию.
– На твою?
Каин молниеносно приближается и запирает меня в сильных руках. Черт, я даже выдохнуть не успела! И уже смеюсь, чувствуя его настырные губы на шее, он подминает меня под себя, не снимая с лавки, и влажно целует. У меня кружится голова от горячего дыхания, которое мягкой волной разливается по коже и заостряет нежную ласку.
– Попалась, – сообщает он, словно в этом оставались сомнения. – Тебя еще учить и учить, крошка.
– С таким учителем мне понадобятся дополнительные занятия.
– Я дорого беру… Стоп, я задел? – Каин вдруг мрачнеет и переводит взгляд ниже. – Твоя губа выглядит хуже.
Игорю повезло, что он ударил меня после другого. Гар прошелся жестоким прессом по моему лицу, а Игорь всего лишь растревожил свежую рану. Губа набухла сильней, но это даже не сразу бросается в глаза.
– Мне не стоило отказываться ото льда, – я улыбаюсь, чтобы успокоить его. – Пустяки, Каин. Пройдет.
– Я найду…
– Не уходи, это важнее.
Каин сдается, хотя тяжело выдыхает на мое вечное упрямство, и опускается на лавку. Он утягивает меня за собой, так что лавка с жалобным скрипом гнется под нашим весом. Каин садится удобнее и затаскивает меня себе на колени, жарко обнимая за плечи. Он молчит, а я глажу мягкие волосы, которые почти скрыли его лицо. Челка так отросла, что спускается до самых губ.
– Что с твоей машиной? – спрашиваю я после паузы.
– Ее больше нет.
– По тебе не скажешь, что тебя это беспокоит.
– Я надеюсь спасти остальной гараж.
Он хочет выглядеть уверенным и, пожалуй, легкомысленным, но тут ему не до веселья, это я точно знаю. Ему не обмануть меня ни в мелочах, ни в столь важных делах.
– Вы же договоритесь с другим клубом? – я спрашиваю прямо. – Игорь сказал, что может быть война.
– Я соврал ему насчет переговорщика, утром они ждут ответ и только. Мы уже всё переговорили… вернее, я выслушал их требования.
– Какие?
– Бой на их условиях. Я и один из их парней. Ничего критичного, неподходящий под мой стиль соперник, но время есть подготовиться. Правда, придется отменить намеченный бой. Дэн сбесится.
– Опять, – я плавно провожу пальцами, своим теплом очерчивая его скулы и возвращая довольную улыбку на лицо Каина. – Что тогда тебя беспокоит?
– Призовой фонд.
– Большие деньги?
– Очень большие деньги и ты.
Глава 30
Я шлюха. Сирена. Золотая принцесса для вышки.
Черт, у меня титулов больше, чем у Каина.
Да, слава шлюхи – самая легкая слава, и я добилась ее, не прилагая никаких усилий. Это оказалось до обидного просто, особенно в том мирке, в котором мы с Каином живем. В тесном и по-мужски жестоком. Здесь все друг друга знают и с радостью раздают роли, чтобы было веселей, да побольше громкого экшена или шекспировских страстей.
Бои – это во многом шоу, и им нужна проклятая драматургия. Кровь должна закипать, а глотки срываться от истошных выкриков разгоряченной толпы. А еще это прибыльный бизнес. Подпольные бои в клетке приносят большие деньги, и сюда многие стремятся, чтобы найти золотую жилу и заработать репутацию. Так что тут пригодится продуманный образ, как в реслинге, из-за чего каждый ищет, чем запомниться зрителю и как вытрясти из него побольше нулей.
Что мне, что Каину образ придумал Олег. Каин в глазах толпы закрытый и беспринципный, поднявшийся на костях брата. А я… я переходящее победное знамя.
Это такая нездоровая игра в жизнь. Ты так долго исполняешь навязанную роль, что веришь в нее сам, да и все вокруг забывают, что где-то же должна проходить грань между реальностью и представлением. Клетка подминает под себя всё. Слишком много денег и слишком много тестостерона, чтобы останавливаться. Вскоре тебя настоящего не остается, ты образ и точка.
Я шлюха. Сирена. Золотая принцесса для вышки.
И я награда для будущего победителя. Я, черт возьми, в призовом фонде.
