Шарлотта и Луиза вместе прилетели из Нью-Йорка в среду днем, а Майкл с Сэнди приземлились в Сан-Франциско спустя два часа. К вечеру вся семья оказалась в сборе. Стефани трепетала от волнения и страха. Дочери знали, что мама уехала из Нэшвилла три недели назад; надеялись, что роман с певцом катится к закату, однако ни о чем не спрашивали. В любом случае ответа она пока и сама не знала. Они с Чейзом по-прежнему любили друг друга и постоянно разговаривали по телефону – иногда по нескольку раз в день, – однако как стать частью его жизни, не потеряв при этом себя, она не знала. Чувствовала только, что никакие полумеры не спасут. Или с ним, или без него. Но как именно, неясно. А Чейз от тоски сочинял по ночам песни и утверждал, что это тот редкий случай, когда печаль и одиночество находят выход в творческом процессе. От этого Стефани чувствовала себя виновной в еще большей степени. Она до сих пор не могла вырваться из черной полосы, а радость находила только в общении с Педро и в разговорах с Чейзом.
Девочки прилетели первыми. Шарлотта вошла в кухню и встретилась с Педро: он стоял в своем красном свитере и внимательно рассматривал незнакомку. От неожиданности девушка вскрикнула, а мама и сестра тут же прибежали.
– Боже мой, кто это? – со смехом спросила Шарлотта. – Похож на крысу в парике.
– Не слушай ее, – успокоила приятеля Стефани и повернулась к дочери. – Это вовсе не крыса, а собака по имени Педро Гонсалес. Кстати, Педро – представитель исключительно редкой породы под названием китайская лысая хохлатая.
– Где ты его нашла? – с интересом осведомилась Луиза. Песик сумел согреть ее ледяное сердце: даже в шикарном свитере он выглядел смешным. А имя подошло идеально.
– Мы встретились на пляже.
Она взяла Педро на руки, и тот нежно лизнул в щеку. Преданный, деликатный, он редко отходил от хозяйки. Трудно было представить, как прежним владельцам удалось потерять такого дисциплинированного питомца. Стефани уже отправила документы для получения лицензии на содержание собаки, заказала ярлычки с его данными и даже вживила в плечо чип со своим именем, адресом и номером телефона – на тот случай, если друг снова потеряется. Она влюбилась в смешного, милого Педро, и он сразу ответил взаимностью. Дочери тоже прониклись симпатией.
Шарлотта и Луиза держались более дружелюбно, чем прежде, а Луиза первой спросила с надеждой в голосе:
– Итак, с рок-звездой покончено?
– Нет, не покончено. Пытаемся понять, что делать дальше. Во всяком случае, этим занимаюсь я.
– Судя по всему, жизнь в музыкальном бизнесе далека от цивилизации. Во всяком случае, в YouTube твой друг выглядит довольно неотесанным.
Стефани замечание не понравилось.
– Ничего подобного, – сдержанно возразила она. – Конечно, если не брать в расчет длинные волосы и татуировки. Чейз – истинный джентльмен и прекрасный человек. Проблема вовсе не в нем, а во мне.
Пренебрежительный тон покоробил. Луиза не стеснялась в выражениях и непозволительно резко отзывалась о человеке, которого совсем не знала. Да и с матерью тоже не церемонилась. Доставалось и Сэнди – так, на всякий случай.
– Надеюсь, вы приветливо встретите подругу Майкла, – предупредила Стефани дочерей, хотя мало верила в успех. Пригласив девушку домой, Майкл проявил мужество и твердый характер: он хотел провести День благодарения вместе с любимой. Стефани боялась представить, что бы случилось, если бы она отважилась включить в компанию Чейза. Дочери вели бы себя до неприличия грубо, а подвергать его оскорблениям она не имела права.
Девочки поднялись в свои комнаты, а вскоре Стефани услышала, что приехали Майкл с Сэнди, и с радостным волнением поспешила навстречу. Сэнди тоже обрадовалась: она уже успела соскучиться. Пока подруги обнимались, из кухни вышел Педро, чтобы посмотреть, что означает непривычный шум. Майкл расхохотался.
– Ради бога, что это такое?
– Его зовут Педро, и он здесь живет, – с гордой улыбкой представила Стефани. Сэнди бросилась обниматься с новой энергией, а Майкл взял песика на руки.
– В жизни не видел более нелепой собаки. Или это какой-то новый вид хомяка?
Стефани назвала породу. Майкл опустил Педро на пол, и тот сразу начал танцевать по кругу на задних лапах и лаять. Сейчас он напоминал заводных собачек, которых уличные торговцы продают детям. Трюку, очевидно, научили прежние хозяева; Стефани впервые видела подобное выступление.
– Как Чейз? – спросила она Сэнди, провожая гостью в комнату Майкла, и та сразу стала серьезной.
– Страдает и выглядит ужасно. Ночами не спит: сочиняет грустные песни.
И сами слова, и то выражение, с которым Сэнди их произнесла, едва не разбили сердце.
