Взглянув на электронные часы, я понял, что времени на душ у меня нет. Придется пахнуть смесью выпивки и Бри. Стоило мне свесить ноги с края кровати, как комната начала вращаться.
— Господи, Джейк. Ты абсолютно бухой, — посетовал Эй-Джей, душась одеколоном.
— Вот и нет, — проворчал я, с трудом поднимаясь на ноги.
Качнувшись вперед, мне пришлось уцепиться за его талию, чтобы не отключиться. Он в отчаянии хмыкнул и удержал меня на ногах.
— Друг, зачем ты занимаешься этой фигней? Сьюзен бы очень не понравилось, увидь она тебя в таком виде.
Приведя себя в вертикальное положение, я ткнул его пальцем в грудь.
— Не впутывай сюда мою мать, — прорычал я.
Когда я разглядел в темноте выражение лица Эй-Джея, оно излучало скорее жалость, а не злость.
— Прости, чувак. Ты же знаешь, что я люблю ее и тебя тоже, — пробормотал он.
Я ощутил поражение, и мои плечи поникли. Боже, только этого мне сейчас не хватало. Пытаться разобраться с мамой — это одно. А добавлять к этому то, что произошло с Бри и Эбби, приплетая сюда эмоциональные речи Эй-Джея, уже слишком.
— Послушай, я тоже тебя люблю, но я справлюсь, если только окончательно не сойду с ума.
— Ладно. Я понимаю.
— Черт, у меня сейчас голова взорвется. Фрэнк уже вернулся из магазина с адвилом?
— Да, они с Эбби вернулись некоторое время назад. — При упоминании имени Эбби, я напрягся, осознав, что сказал ей и сделал с Бри.
— Э-э, она... понимаешь, я и Бри?
Эй-Джей выгнул свои темные брови и скрестил руки на груди.
— Конечно, она слышала тебя. Твои хрипы и стоны ее чертовски смутили, так что она, в конце концов, взбесилась и убежала из автобуса на твоей фразе: «Пососи сильнее!».
Я поморщился. Совершенно точно, я обладал особым даром портить все, что касалось Эбби. Теперь она, наверно, ненавидит меня. Кого я обманываю? Она ненавидит меня еще с того самого момента, как мы встретились, а прошлая ночь и сегодняшнее утро были всего лишь приступом жалости. Я покачал головой. Постойте, а почему меня вообще волнует, ненавидит она меня или нет? Нет, меня не могла волновать Эбби — если только не в сексуальном плане.
Пока Эй-Джей повернулся ко мне спиной, я схватил с тумбочки бутылку Джека и начал пить. Зажмурившись, я позволил крепкому алкоголю выжигать огненную дорожку у меня в желудке. Но мою пирушку бесцеремонно прервали, когда отобрали у меня бутылку.
— Проклятье, Джейк! Ты уже и так в хлам! Как ты собрался идти в таком состоянии?
— Отвали, — проворчал я, а потом вывалился из спальни.
В нос мне ударил аромат специй и помидоров, отчего мой наполненный алкоголем желудок сжался. Кто-то готовит? Я выглянул и увидел Риса и Брайдена, расслабленно сидящих перед пустыми тарелками чего-то похожего на чили.
Когда я встретился взглядом с Рисом, тот покачал головой.
— Чувак, выглядишь ужасно.
— Спасибо, козел. Я и чувствую себя так же.
Эбби стояла у плиты ко мне спиной. Звук моего голоса заставил ее развернуться. Ее волосы были собраны в хвост, в одной руке она держала кухонную лопатку, что было удивительно, поскольку я не знал, что у нас в автобусе имеются кухонные принадлежности.
Заметив мой внешний вид, ее синие глаза расширились, а потом она быстро отвернулась. До меня не сразу дошло, что она что-то от меня скрывает — то, чего она никогда до этого не делала.
— Что с тобой такое? — потребовал я.
— Оставь меня в покое! — прошипела она, не отходя от плиты.
— А, вот это моя вздорная девочка.
Эбби развернулась с мрачным лицом.
— Не смей меня называть своей девочкой после всего того, что ты сказал и сделал сегодня!
— А у тебя какие-то проблемы?
— Ух ты, похоже, ты надрался еще сильнее, чем я предполагала, раз спрашиваешь о таком! — огрызнулась она.
— Поверь мне, он пьяный в стельку. Этот придурок выпил две бутылки пива и почти литр Джека, — ответил Брайден, покачав головой.
Позади меня появился Эй-Джей.
— Давайте не будем начинать, ладно? Мы сегодня идем смотреть шоу. Давайте просто выйдем за дверь без неприятностей.
Эбби вскинула руки.
— Я ничего не начинала. Я вообще не сделала ничего плохого.
С моих губ слетела усмешка.
— Ты так ничего и не поняла, Ангел? Плохое здесь — это ты.
— Джейк... — предупредил Эй-Джей.
Ее глаза расширились, когда она прижала руку к груди.
— Я?
— Да, ты. — Я дернулся вперед, заставив ее неуверенно отступить назад. — Это все ты со своими чертовски сексуальными ковбойскими сапогами, которые мне так и хочется обернуть вокруг своей задницы и трахать тебя, пока ты не начнешь выкрикивать мое имя. А эти безупречные сиськи... — От одной только мысли, как мой рот оказывается на них, я облизал губы. Но благодаря этой паузе, мой затуманенный рассудок повернул в другое, менее извращенное русло. — То, как на твоей щеке появляется ямочка, когда ты широко улыбаешься, и как ты краснеешь, когда я поддразниваю тебя.
Я втянул воздух, туманное воспоминание о предыдущей ночи поглотило меня.
