— Да, вот оно. Какая красота, — пробормотала она, а потом закрыла глаза, пока Джейк не расцеплял объятий. Я продолжала петь, и на ее губах расплывалась мягкая улыбка. Дыхание все труднее давалось ей. Когда я дошла до последней строчки, она сделала последний вдох.
И после ее не стало.
Джейк совсем потерял голову, зарывшись лицом на груди Сьюзен и истерично рыдая. По комнате пронеслась какофония стенаний, когда Салли и ее дочери тоже заплакали, а вместе с ними и дедушка Джейка. Я обогнула койку и обхватила его руками.
— Мне так жаль, — повторяла я снова и снова.
Когда я уже решила, что измученный горем Джейк совсем расклеился, он вскинул голову и расплел мои руки.
— Мне нужно убраться отсюда, — пробормотал он, прежде чем вылететь из комнаты.
В коридоре я встретила Эй-Джея.
— Беги за ним, — поторопил он меня.
Я кивнула и поспешила за Джейком. Добравшись до крыльца, я посмотрела влево и вправо, а потом побежала к сараю.
— Джейк? — позвала я. Ответом мне была тишина. Развернувшись, я понеслась вниз по холму к конюшне. Заглянула в несколько стойл, и в одном из них обнаружила его.
Со слезами, застилающими глаза, Джейк застегивал седло на высокой черной лошади. Ощутив мое присутствие, он проговорил:
— Я должен убраться отсюда. Мне надо прокатиться.
Я отступила назад, когда он вывел лошадь из стойла.
— Я поеду с тобой.
Он удивленно посмотрел на меня.
— Ты же не ездишь на лошадях после того, как в детстве упала, — напомнил он.
По телу пробежала дрожь, когда в памяти всплыло давнее воспоминание, но я встряхнула головой.
— Я поеду ради тебя.
Минуту Джейк смотрел на меня, а потом взял за руку и подсадил на лошадь.
— Его зовут Леннон. — Он застенчиво улыбнулся. — Брайден может фанатеть от Пола Маккартни, но для меня лучше всех Джон Леннон.
— Мне нравится.
— Готова?
— Всегда готова.
Напряжение и невысказанные слова тяжестью повисли между нами. Я растерялась и не знала, что сказать, чтобы его утешить. Он только что испытал свою самую ужасную потерю в жизни, а я боялась, что не смогу заполнить эту пустоту. Может, и не нужно ничего говорить — может, ему нужна рядом лишь я, показывающая свою любовь и поддержку.
Джейк откинул влажные пряди волос с моего лица.
— Держись за меня крепче, Ангел. Я не позволю тебе упасть.
— А я не позволю тебе. — Я обхватила руками его за шею, прижалась к нему и подарила долгий поцелуй. — Мы преодолеем эту бурю вместе, Джейк. Вместе и навсегда.
Его теплое дыхание коснулось моей щеки.
— А ты всегда будешь моим милым ангелом — моей благодатью и любовью всей жизни.
С моих губ слетел глубокий вздох сожаления, когда я смотрел на бронзовую мемориальную доску, поставленную в честь моей мамы. И хотя я постарался сделать для нее все самое лучшее, мне по-прежнему казалось, что я не в полной мере показал, какой потрясающей женщиной и матерью она была.
Эбби обвила меня рукой за талию и притянула к себе. Потом она положила голову мне на плечо.
— Ты уверен, что тебе не хочется немного побыть одному?
— Нет, я хочу, чтобы ты была здесь. — Я поцеловал ее в макушку. — Я хочу, чтобы ты всегда была со мной.
— И я хочу всегда быть с тобой.
Я улыбнулся ей.
— Тем более, мама бы хотела, чтобы ты была здесь. Она любила тебя так же, как и я.
У Эбби задрожал подбородок.
— Я тоже ее любила. И всегда буду любить.
За нашими спинами раздалось шуршание листьев, и мы с Эбби обернулись. К нам направлялся высокий стройный мужчина. Его руки занимал букет из десятков розовых роз. Почти дойдя до нас, он резко остановился. Его темно-зеленые глаза изучали наши лица.
— Простите, вы члены семьи Сьюзен Мур... то есть, Сьюзен Слэйтер?
Он говорил с сильным русским акцентом, отчего мои брови поползли вверх.
— Я ее сын.
Его губы тронула нерешительная улыбка.
— Конечно. Сейчас я вижу сходство. — Его взгляд от меня сместился на мамину могилу. Лицо заполнила горечь. — Как жаль, что я не застал ее до похорон. Я не знал, что она больна. Мне бы хотелось... — Он резко втянул воздух, как будто пытался контролировать свои эмоции. — Мне бы очень хотелось снова ее увидеть.
— Откуда вы ее знали? — спросил я.
— Много лет назад мы вместе танцевали.
Рука Эбби, с моей талии взлетела ко рту, глаза округлились как блюдца.
— Боже мой. Вы Юрий?
Он улыбнулся.
— Да, но откуда вы узнали?
— Сьюзен рассказывала мне о вас.
— Постой, что? — удивился я.
Не обращая на меня внимания, Эбби в несколько шагов сократила расстояние между ней и Юрием. Встала на цыпочки и что-то прошептала ему на ухо. С его губ сорвался мучительный всхлип. Когда она, в конце концов, отстранилась от него, по его щекам текли слезы.
— Правда?
Эбби кивнула.
— Спасибо, — прошептал он и, вытерев щеки, обратился ко мне. — Можно я с ней немного побуду?
— Конечно. Мы все равно уже уходим, — ответил я.
— Приятно было с вами познакомиться, — сказал Юрий.
— Нам тоже, — ответила Эбби, а я кивнул.
Уже идя обратно, Эбби взяла меня за руку.
— Кто вообще такой этот парень, и что моя мама тебе рассказывала о нем? — расспрашивал я.
— Она хотела, чтобы это осталось между нами — женские секретики.
Я встал как вкопанный.
