Музыка ветра полностью

Ты гораздо сильнее, чем думаешь сама. Неожиданно из горла вырвалось рыдание, горячие слезы брызнули из глаз.

– Двигайся! – прошептала я, обращаясь к машине, которая черепашьим шагом ползла впереди. Нога опять соскользнула с акселератора, а затем уперлась в тормоза. Сзади снова просигналили. Мне захотелось остановить машину, выскочить из кабины и убежать обратно.

Человек крепче всего на изломе. Я стала быстро-быстро моргать, разгоняя слезы и обретая способность снова видеть. Когда-то эти слова сказала мне Лорелея. Я даже вспомнила, что в тот самый момент хотела поспорить с ней.

– Поторапливайся! – в который раз обратилась я к багажнику ползущего впереди внедорожника, но уже без прежнего нажима в голосе. Дворники энергично метались по ветровому стеклу: туда – обратно, туда – обратно. Мужество – это когда ты совершаешь нечто такое, чего от тебя не ждут. Эти слова пришли ко мне как озарение. Такое ощущение, что они всегда таились в глубинах моего сознания и их никто мне не говорил.

Дыхание мое стало более ровным, я непроизвольно ослабила хватку рук, с которой сжимала баранку. Я даже вдруг увидела огни по обе стороны моста, но все еще не осмеливалась оглянуться вокруг, сознательно устремляя свой взгляд только вперед, только на дорогу перед собой. Автомобильный поток неторопливо пересекал мост, и я двигалась в этом потоке, послушно плетясь впереди идущих машин. Но вот наконец мы съехали с моста, и я снова почувствовала под собой твердую почву.

В ушах у меня звенело, кровь пульсировала в висках. Наверное, надо сделать остановку, мелькнуло в моей голове, привести в порядок свои чувства, восстановить дыхание. Так ведь и до сердечного приступа недалеко. Лорелея ведь меня предупреждала, боялась за меня. Если бы не то внутреннее напряжение, которое сейчас сковало все мускулы на моем лице, то я, пожалуй, даже попыталась бы улыбнуться. Уж очень забавно сейчас прозвучали в моем сознании слова, произнесенные с типичным южным акцентом. Точь-в-точь как говорила Лорелея. Но останавливаться мне никак нельзя. Оуэн сейчас где-то один в ночи. Может, он даже заблудился, и я обязана как можно скорее найти его.

На смену дождю пришла мелкая морось. Я наконец отцепила руки от баранки и отключила дворники, непрерывно мелькавшие перед глазами. Проселочные дороги Ледис-Айленд утопали в кромешной тьме, с трудом можно было различить дорожные знаки. Я включила передние фары на полную мощность, чтобы хоть как-то осветить дорогу впереди. Постаралась сделать вид, что не заметила двух подозрительных желтых глаз, мелькнувших в зарослях возле самой дороги. Внимательно отслеживала все придорожные знаки и одновременно искала глазами голубой велосипед и красный шлем на голове мальчика, который так далеко укатил от своего дома. Единственная моя надежда, что Оуэн все же успел добраться до дома Гиббса еще до наступления темноты и сейчас укрывается от непогоды где-нибудь под портиком.

Я свернула вправо, увидев знакомый загородный дом в стиле семидесятых, украшенный яркой рождественской иллюминацией, свисающей с парадного крыльца. Этот дом я заприметила еще в прошлый раз. Еще один поворот. Теперь я точно знала, что двигаюсь в нужном направлении. Нажала на акселератор и понеслась вперед, не обращая внимания на то, какая скорость высвечивается на спидометре. Скорее! Скорее в конечный пункт моего назначения. Впереди промелькнула длинная подъездная дорога, ведущая к дому Гиббса. Я слегка притормозила возле металлического почтового ящика, который тоже остался в памяти от предыдущих поездок. Вздохнула, и облегчение моментально растеклось по всему моему телу.

А потом снова рванула вперед. Из-под задних колес разлетались в разные стороны комья земли и грязи, мелкие камешки и камни покрупнее, но я боялась застрять в какой-нибудь луже, а потому упорно жала на газ. Над входом в дом Гиббса горел одинокий фонарь. Прежние сомнения вспыхнули во мне с новой силой. А что, если ребенок прячется именно там?

Сбросила скорость и притормозила машину на парковке неподалеку от дома. Оставила ключи в замке зажигания и включенные передние фары. Быстро выбралась из машины и побежала по направлению к дому.

– Оуэн! Оуэн! Ты здесь?

Но на крыльце было пусто. Кресла-качалки замерли в неподвижности. Его здесь нет. Значит, он на пристани. Я спрыгнула с крыльца. Туфли моментально увязли в грязи. Но разве сейчас до них? Я вихрем помчалась к причалу.

– Оуэн! Оуэн! Ты где?

– Мерит? – раздался голос из темноты.

Неужели ослышалась? Или померещилось? Я едва не упала лицом в грязь, споткнувшись о какую-то корягу, но кое-как удержалась на ногах.

– Я здесь, у причала.