– Помните, – говорила Элизабетте юная, маленькая, худая, суетливая, похожая на пчелку с собственным моторчиком, девушка из «команды» в холле ресторана. – Благополучие, успех, а главное доход семьи зависит только от вас. Ваша обязанность устанавливать выгодные денежные связи. Магнаты сосредоточили такой капитал! О его размере неловко говорить. Скажу одно, объединившись, они смогут выкупить и Золотой дворец, и власть, если захотят.
Девушка оставила Элизабетту на попечение администратора, который проводил ее в обеденный зал. Фоном играла расслабляющая музыка, на столах и в обстановке чувствовалась вызывающая роскошь. Анри приглашал ее в «модные» места Города, где собирался высший свет и элита музыкальной индустрии. Вдвоем они отсиживались в укромных уголках. Снаружи проходило мероприятие, а они были увлечены друг другом. Элизабетта никогда прежде не замечала окружающую обстановку, не засматривалась на шторы, сшитые на заказ из дорогих тканей и скрывавшие обстановку ресторана от любопытных глаз, белоснежные салфетки из хлопка, кубки и грамоты в шкафах, которые существенно повышали «статус» заведения и выделяли его среди других подобных. Администратор притворил дверь и оставил одну. Когда она вошла в обеденный зал, магнаты приподнялись и поприветствовали новую наследницу. Один из них от неловкости уронил салфетку с колен, но поднимать не стал, официант тут же принес новую, а упавшую он затоптал ногами и ножками стула.
Элизабетта заняла центральное место. У нее путались мысли, голова разболелась от непонятных слов и фраз, которые она слышала с разных сторон. Магнаты после обязательного приветствия всем видом показывали, что молодой наследнице не пристало впутываться в серьезные мужские разговоры. Она присмотрелась к ним. Десять человек, одетых в одинаковые черные костюмы и галстуки, сидели вокруг стола. Под рукавами белых выглаженных рубашек сверкали дорогие часы. Если магнат носил очки – то в модной оправе. Лица сливались в одно, не имя существенных отличий – большие, крупные, тщеславные, не смотрящие ни на кого, кроме себя, и таких же богатых и властных людей, как они.
Несмотря на головную боль, Элизабетта вежливо улыбалась каждому магнату, который бросал на нее отвлеченный взгляд, закончив разговор с партнером. Она заметила, что за столом собрались не только друзья, но и конкуренты. Они вели себя расслабленно, вежливо и учтиво. Битва начнется после обеда, а за «общим» столом их не заботили коммерческие притязания «друзей». Музыка затихла и Элизабетта заметила, как у боковой двери выстроились юноши и девушки с подносами. За каждым гостем администратор закрепил личного официанта. Магнаты, не обращая внимания на оживление вокруг стола, продолжали обсуждать текущие проблемы Страны Королевы и как последствия неудачных решений Большого Совета отразится на их капитале, а Элизабетта от скуки рассматривала причудливые узоры и фигуры на стенах. Владелец ресторана, заметив ее интерес, пояснил, откуда один из его подчиненных привез каждую фигуру. От длинной утомительной речи Элизабетта еще больше заскучала и склонилась над тарелкой, пытаясь понять на вкус «прелесть» салата и холодных закусок и с нетерпением ожидая, когда «ужас» закончится.
«Я не выдержу ежедневные обеды с подобными людьми!».
Магнаты затихли, а Элизабетта прислушалась к громкому одновременному пережевыванию пищи, едва сдерживая смех.
«Строят из себя благородных!»
Тишину за столом нарушил самый упитанный и толстый магнат. Элизабетта от удивления заморгала, отложила приборы в сторону и непроизвольно направила взгляд на магната, чтобы рассмотреть. Она узнала его. Полные на упитанном лице губы вытирал салфеткой мистер Льюис Пен. В последние месяцы Анри не переставал жаловаться на его бесчувственность и переходящую все границы алчность. Он поделился с Элизабеттой и секретом. Оказалось, что владелец корпорации стесняется лысины и носит парик! Внешностью магнат напомнил Элизабетте Кэла Калди, только оделся в белые перья, а не черные.
«Мистер Калди не скрывает сущности…. А эти… Циркачи…!».
Заметив на себе изучающий взгляд Элизабетты, Льюис Пен отложил приборы на край тарелки и начал длинную речь, ухмыльнувшись. Другие магнаты изобразили на лицах аналогичные эмоции и одновременно предоставили официантам возможность поменять тарелки и разложить следующее блюдо.
