На ознакомление с книгами я потратил около двух недель. Теперь я знал о големах и гомункулах если не всё, то многое. Как выяснилось, големы имеют подобие разума, но не имеют свободной воли и подчиняются только прямым приказам, но поскольку в паразитного голема на Квирреле была внедрена частица души Тома, простые последовательности действий он мог совершать самостоятельно. Тем не менее, прохождение ритуала было пределом его возможностей и его нельзя было надолго оставлять без присмотра. Гомункул же обладал достаточной свободной волей и мог существовать независимо от создателя, но для придания ему необходимых качеств требовалось выполнить несколько ритуалов, без которых он вырастал не быстрее, чем обыкновенный умственно отсталый ребёнок.
Из описания ритуалов выяснилось не только, как создать гомункула, но и почему никто не увлекается их созданием. Чтобы гомункул развивался как личность, первый ритуал - одушевление - нужно было проводить, когда ему исполнится год-полтора. Ритуал одушевления был сходен с созданием хоркрукса, потому что для него требовалась частица души, лучше всего с донорского тела, хотя в крайности можно было взять любую. Второй ритуал - воплощение - проводился для ускорения роста гомункула, желательно в первые пять лет его выращивания. Для него требовалось донорское тело, которое расходовалось в процессе ритуала и магические способности которого передавались гомункулу. И третий ритуал - обучение - проводился обычно как последний этап воплощения, хотя его можно было провести и отдельно, уже на выращенном теле. Для него требовалось один или несколько обучающих доноров, чьи знания и жизненный опыт будут переданы гомункулу.
По имеющимся у меня сведениям, Дамблдор начал выращивать гомункула примерно в августе прошлого года, из тела Тома в качестве донорского. До конца этого года в гомункула потребуется внедрить частицу души Тома, а это означает, что она существует и что директор собирается использовать её. Том-из-блокнота ничего не рассказал мне о других своих хоркруксах, но, возможно, ему были известны планы Дамблдора в этом направлении. Значит, придётся с ним пообщаться, несмотря на то, что его поведение в истории с Джинни сильно насторожило меня.
Наступило 14-е февраля, Валентинов день. Незадолго до него Локхарт разглагольствовал по всей школе, что такой важный день необходимо отметить, а поскольку инициатива наказуема, оформлять банкетный зал к празднику поручили ему. В чарах Гилдерой был не силён, ему в помощь дали Флитвика. Маленькому профессору с примесью гоблинской крови было абсолютно безразлично праздничное оформление зала, и он выполнил всё по указке Локхарта, дополнительно сконфигурировав дюжину гномов для разноски валентинок. К утру банкетный зал выглядел как подарочная коробка для дешёвых леденцов, вывернутая наизнанку, или как один из аляповатых магловских мультиков, которые даже Дадли считал дурацкими. Сам Гилдерой, весь в розовом, завитый и надушенный, произнёс за завтраком праздничное поздравление и поблагодарил учениц за те сорок шесть валентинок, которые ему уже прислали.
- Точно, он грязнокровка, - Драко окинул взглядом истинного ценителя голубые стены в розовый цветочек и скорчил гримасу отвращения.
- Ага, и пидор, - простодушно согласился Винс, у которого рябило в глазах от падающих с потолка конфетти в виде алых сердечек.
- Буду знать, что в Хогвартсе обучаются сорок шесть дур, - заявил Драко, когда было озвучено количество валентинок, полученных Локхартом.
- И две умных, - подсказал ему Тед, поскольку Малфой уже похвастался, что с утра ему пришли две валентинки. Самому Нотту пришло штук семь, о чём он скромно умолчал.
- Ты прав, Нотт, - охотно подтвердил Драко. - Для британской магической нации не всё еще потеряно.
В этом году никто из нас без валентинок не остался. Штуки по три получили Винс с Грегом ("Хаффлпафф", - пренебрежительно изрёк Драко, проигравший им валентинкометрию) и даже мне досталась одна. С прошлого года я подрос, но всё еще выглядел как некрупный первокурсник, а если учесть мою постоянную занятость и дурную репутацию змееуста, было удивительно, что на меня вообще кто-то польстился, несмотря на мою геройскую известность. Записка на валентинке коротенько гласила: "Помни, что есть я". Я пожал плечами и сунул её в тумбочку.
22.
После праздника Снейп вспомнил, что за мной числится полтора месяца отработки, и определил меня на две недели к Филчу. Я сгонял Хедвиг за конфетами и отправился к старику. В это время года работы было немного, потому что основные закупки делались осенью, и мы с Филчем, переправив в кладовые пару туш и несколько мешков с сахаром и крупами, усаживались пить чай, а миссис Норрис мурлыкала у меня на коленях. Так прошла неделя, а в субботу Филч освободил меня от отработки, потому что в этот день проходил квиддичный матч Слизерина с Гриффиндором, а квиддич у нас - игра, которая может затянуться.
