- Гермиона, девочка, разве я требовал, чтобы ты нашла её для меня? Ты сама хотела выяснить причину смерти твоей подруги, ты сама решила, что эта вещь может помочь. Я только предположил, куда она могла попасть после смерти Джинни. Ты так расстраивалась, что я должен был подать тебе надежду, только и всего.
Непонимание исчезло из глаз Гермионы, уступив место безнадёжному отчаянию. Только сейчас до неё дошло, что никаких поручений Дамблдор ей открытым текстом не давал и что она поспешила ухватиться за его намёки, воображая, что действует от его имени.
- Полагаю, простым снятием баллов здесь не обойтись, - саркастически усмехнулся Снейп, хорошо знакомый с методами уважаемого директора.
- Что вы, Северус, - мягко сказал Дамблдор. - Дети не хотели ничего плохого, они всего лишь заблуждались. На первый раз их можно простить.
- Извините, но я беспокоюсь за настоящую Милли, - воспользовался я мгновением паузы, пока наши руководители решали, что делать с провинившимися.
Все трое поглядели на меня, затем переглянулись.
- Грейнджер, где Булстроуд? - первым спросил Снейп.
- Когда она шла сюда... мы оглушили её заклинанием, связали и закрыли в кладовке, - призналась Гермиона. - Мы отпустили бы её, когда ушли бы отсюда. И Коллопортус с двери класса сняли бы, где сейчас Крэбб с Гойлом...
- Нотт? - обратился к нему Снейп.
- Я снял этот Коллопортус, когда выходил оттуда, - ответил Тед. - Думал, первокурсники балуются, слабенькое было заклинание.
- Все трое - со мной! - скомандовала своим гриффиндорцам Макгонаголл и сделала на них Фините, избавив от верёвок. - Покажите вашу кладовку - Булстроуд нужно немедленно освободить.
Мы с Тедом, Панси и Драко увязались за ними. Взрослые хоть и не позвали нас с собой, но и не гнали, им было не до нас. Милли нашлась в одной из кладовок по пути к нашему факультету, она была брошена там на холодном каменном полу, связанная обычной верёвкой, потому что ни у кого из троицы не нашлось достаточно мастерства, чтобы наложить на неё часовое Инкарцеро. Оказалось, что Уизли слишком туго затянул на девчонке верёвки, и её конечности посинели и распухли. Когда её развязали, Милли не смогла встать на непослушные ноги и беспомощно сидела на полу, изо всех сил стараясь не заплакать.
Два декана во главе с директором изволили заметить нас четверых и потребовали, чтобы мы доставили девчонку в медпункт. Я кивнул Теду, и мы с ним стали растирать её заледенелые руки и ноги. Драко с Панси не помогали нам - если пренебречь тем, что это было ниже их достоинства, они всё равно этого не умели. У Теда сначала тоже не получалось, но он быстро учился. Когда Милли наконец поморщилась от боли и сказала, что чувствует свои конечности, мы подхватили её под руки и осторожно повели к мадам Помфри.
Там обнаружилось, что Милли успела подхватить простуду. Мадам Помфри напоила её противопростудными и регенерирующими зельями, а мы вчетвером сидели около пострадавшей и поднимали ей настроение, пока колдомедичка не выгнала нас под предлогом, что больной нужно отдыхать. К этому времени с тренировки пришли настоящие Крэбб с Гойлом, узнали новости и помчались в больничку к Милли. Вернувшись оттуда, Винс проворчал, что теперь за рыжим придурком числится должок - а Винс у нас надёжный и основательный. Если он что-то решил сделать, он обязательно сделает, в этом на него можно положиться.
26.
Дамблдор с Макгонаголл постарались замять скандал, а директор, похоже, ещё и надавил на Снейпа, поэтому трое лазутчиков отделались смехотворным взысканием. Неделя отработок у Хагрида была бы безусловным наказанием для остальных трёх факультетов, но грифам она была только в удовольствие. Об их проступке не объявили в банкетном зале за ужином, но злющие змеи постарались, чтобы о нём стало известно всему Хогвартсу. Кроме нас, в гостиной было около десятка очевидцев, так что история о том, как грязнокровка Грейнджер при содействии Уизли и Лонгботтома пыталась украсть драгоценности у Паркинсон, уже на другой день разлетелась по факультетам.
Был разгар весны, до начала каникул оставалась неделя. Но темнело рано, поэтому провинившаяся троица отрабатывала у Хагрида с трёх часов дня и до ужина. Об этом не поленился разузнать Винс, который ежедневно следовал туда за ними, выжидая удобного случая для взимания долга с Рональда. Смирный Невилл не обращал на слизеринца внимания, но Гермиону присутствие Крэбба раздражало, а Уизли просто бесило. Рональд каждый раз начинал поливать Винса руганью, пока его не затыкала Гермиона, а Винс смотрел издали на своего личного врага, награждая его снисходительной ухмылочкой и любуясь его бешенством.
На четвёртый день Винс вернулся в общежитие раньше обычного. По его широкому сиющему лицу можно было догадаться, что месть состоялась.
- Леди и джентльмены, я сделал это! - объявил он от двери присутствующим в гостиной.
- Давай рассказывай, - предвкушающе заухмылялся Драко. - Только я сейчас наших позову.
Он позвал в гостиную нас с Тедом, а Винс попросил девчонок, чтобы нашли Милли, и стал рассказывать.
