На ужине Хагрид не появился. По слухам, он целеустремлённо напивался у себя в хижине, заливая алкоголем свой провал в роли профессора. Лесничий мало чем отличался от малолетнего домового эльфа, который сначала от усердия делает глупости, а потом рвётся прищемить себе пальцы. Может, Дамблдор и не отстранил бы его от преподавания, если бы не утечка информации, но она произошла, и не только из-за Драко. Как выяснилось позже, бабушка Невилла настаивала, чтобы внучок писал ей обо всём, что с ним случилось в школе, и тот не смел ослушаться.
Получив весточку о том, что её единственный внук в первый же день занятий лишился половины задницы, миссис Лонгботтом прикинула закономерность и результат ей не понравился. На следующее утро она послала сову председателю попечительского комитета лорду Малфою и в ультимативной форме потребовала, чтобы он «немедленно разобрался с этим безобразием». Этого боевой старушке показалось мало, и она выставила добавочное требование, чтобы он взял её с собой в Хогвартс, или она разнесёт «этот ваш попечительский комитет» к Мерлину.
Разумеется, Малфой-старший предпочёл, чтобы она разнесла к Мерлину руководство школы в лице Дамблдора. Родителям запрещалось самостоятельно посещать учеников в школе, но члены попечительского комитета имели право приглашать их с собой в Хогвартс. Лорд Малфой договорился с миссис Лонгботтом о встрече, и к полудню они прибыли в Большой Зал.
Вся школа как раз обедала. Престарелая леди в лисьем палантине и с чучелом стервятника на шляпке прошествовала мимо учеников к преподавательскому столу. Как ни пытался Дамблдор увести её для разговора в свой кабинет, миссис Лонгботтом не сдвинулась с места, пока не высказала директору школы всё, что она о нём думает, а на попытки МакГонаголл урезонить её только махала рукой и говорила: «Минерва, отстань!» Глубоко убеждённая в том, что рыба с головы тухнет, старушка не стала распекать сидевшего здесь же Хагрида, но напоследок сказала, что если она узнает, что «этот» всё еще преподаёт, они с Дамблдором пожалеют о дне, когда они впервые услышали слово «Хогвартс».
Устроив выволочку Дамблдору, миссис Лонгботтом пожелала навестить пострадавшего внука в больничке, и лорд Малфой проводил её туда. Как следствие этого визита, в субботнем «Ежедневном Пророке» появилась статья о скверном руководстве Хогвартса и о том, что жизни его учеников по-прежнему в опасности, а в Министерство был подан судебный иск от Августы Лонгботтом с требованием компенсации за тяжёлое ранение её внука во время школьного урока. Ещё один судебный иск был подан попечительским комитетом Хогвартса против директора, взявшего на профессорскую должность лицо с незаконченным школьным образованием. Малфой своё дело знал и не давал Дамблдору расслабляться.
Но это было уже его дело, а нам сегодня предстояла прогулка в Хогсмид, первая за время нашего обучения в школе. Курсы с третьего по пятый выпускали туда по очереди раз в три недели, а шестой и седьмой курсы - раз в две недели, так что в Хогсмиде одновременно гуляли ученики с двух курсов. Третьему и шестому курсу по этой схеме доставалась первая суббота учебного года.
Хогсмид был основан в те же времена, что и Хогвартс. В нём оседали маглокровки и безродные полукровки, плохо знакомые с остальным магическим миром и боявшиеся отдаляться от школы, которая открыла им путь в магию. По меркам магического мира Хогсмид был большим поселением - здесь имелась гостиница, отделение совиной почты, пара таверн и несколько продуктовых и товарных лавок. На окраине посёлка располагалась конечная станция Хогвартс-экспресса, несколько раз в год возившего учеников из Лондона и обратно.
Если родители хотели повидаться с детьми во время учебного года, к их услугам была гостиница «Три метлы» с пабом на первом этаже - в основном для иностранцев, потому что местные маги аппарировали или перемещались через каминную сеть. Впрочем, несмотря на уверения Дамблдора, что Хогвартс - лучшая школа в Европе, никто из иностранцев не обучался здесь за последние сто лет, зато британские маги нередко отправляли своих детей в Шармбатон и даже в Дурмстранг, хотя для этого требовалось выучить язык, на котором там преподавали. Я уж не говорю о Моргенштерне, немецком лицее для юных магов, где обучались самые одарённые дети из европейских стран и чьё существование стыдливо замалчивалось руководством Хогвартса.
До сих пор мы видели Хогсмид только издали - из окон поезда и с платформы. Не то чтобы нас там что-то слишком уж интересовало, поскольку сладости можно было заказать с совами, да и в вещах у нас нехватки не было, но чисто психологически нам было нелегко сидеть в четырёх стенах, даже если это были просторные стены. Поэтому возможность вырваться на свободу и просто пройтись по улице очень даже приветствовалась.
