На летних каникулах учителя обнаруживают на территории Хогвартса подростка, который по странным обстоятельствам потерял память. Им оказывается Том Реддл прямиком из 1942 года. Том Реддл, который не станет добрым человеком, Гарри Поттер, в сердце которого постепенно разрастается тьма.
========== Пролог ==========
Трое волшебников напряженно смотрели на обездвиженного ими парня и молчали. Минерва МакГонагалл была необычайно встревожена, руки тряслись, а сама она едва сдерживала порыв выбежать из кабинета директора. Снейп неверяще разглядывал черты лица пленника, чувствуя, как внутри все переворачивается от неприязни и волнения. Это было невозможно. Выходило за рамки его понимания.
Альбус Дамблдор же не выдавал своих эмоций. По его лицу невозможно было прочесть, что он думает об этой ситуации и как её решить.
— Готовы? — тихо спросил он, и учителя кивнули: Снейп решительно, а Минерва едва заметно, прикрыв глаза от ужаса.
Директор взмахнул палочкой, и подросток распахнул пугающие красные глаза, которые выражали крайнее удивление и непонимание.
Он молча уставился на окружающих его людей, которые направляли на него палочки. Мгновением позже его глаза вернули свой родной синий цвет. Парень опустил взгляд вниз и заметил, что его крепко привязали к стулу заклинанием, лишив возможности двигаться. Но было что-то еще. Быстро продиагностировав свое состояние, он заметил еще парочку чар, сковывающих его движения, сознание и магию.
— Ты нас слышишь? — спокойно спросил Альбус, целясь парню прямо в лоб.
Тот немного помедлил, узнав отчего-то сильно постаревшего профессора, и кивнул. Что-то заставляло его отвечать правду, хотя он для начала хотел бы узнать, где он и почему связан.
— Как тебя зовут?
— Том Марволо Реддл, — впервые подал голос парень, безэмоционально уставившись на единственного знакомого человека в комнате.
Женщина испустила удивленный вздох, а глаза Дамблдора сверкнули.
— Как ты выжил? — процедил сквозь зубы черноволосый мужчина, скривив губы в гримасе ненависти.
Том чуть наклонил голову в бок:
— Я не умирал.
— Как ты… — Минерва совладала с собой, и ее голос налился нотками привычной строгости. Возможно, в этом ей помог помолодевший вид злейшего врага, — как ты очутился на территории Хогвартса?
— Я здесь учусь, — лаконично ответил подросток, — факультет Слизерин, пятый курс.
Волшебники пораженно переглянулись.
— Невозможно, Ты выбрал наиглупейшую ложь, — резко ответил Снейп. — Ты давным-давно окончил школу!
— Нет, — Том догадался, что его опоили виритасерумом, иначе он ни за что бы не стал терпеть разговоры в подобном тоне. Зелье Повиновения сдерживало его чувства, а зелье Правды заставляло вновь и вновь открывать рот, отвечая волшебникам.
— Как ты сюда попал? — переиначил вопрос Снейпа Дамблдор. В отличие от него, седовласый маг был абсолютно спокоен.
— Я здесь учусь, — Том все-таки смог впустить в повторный ответ холодные искорки негодования.
— Какой сейчас год?
— Тысяча девятьсот сорок второй, — Реддл чувствовал абсурдность ситуации, но чары и зелья затуманивали рассудок, не позволяя его сознанию работать, а эмоциям брать верх. Он словно опустел.
Преподаватели переглянулись.
— Зелье не могло не подействовать, профессор, — тихо произнес зельевар, отойдя с директором в сторону, тогда как МакГонагалл продолжала сжимать волшебную палочку в руке, направляя ее на молодого Волдеморта.
— Тогда не будем медлить, — кивнул Альбус, и они вновь подошли к пленнику.
Дамблдор встретился взглядом с мальчиком и вновь взмахнул палочкой, с огромным трудом протискиваясь в его мысли. Несмотря на силу мага, что-то было не так. Неправильно. Он не мог прикладывать такие усилия в подобных чарах, никогда раньше собственная волшебная палочка так отчаянно не сопротивлялась.
Возможно, ему на руку сыграли многочисленные чары, наложенные на разум подростка. Но, несмотря на это, пожилой волшебник чувствовал, что долго не протянет.
Альбус наблюдал картинки из прошлого, ища правду. Он видел его жизнь в приюте, самого себя, пять с половиной лет обучения в школе. Однако они были переиначены: воровство в приюте, жестокость к детям, убийство Миртл, занятия темной магией — все пропало. Будто кто-то стер неугодную ему информацию, оставив парня неприкосновенным. Дамблдор видел его жизнь, быстро мелькавшую под воздействием магии, но эта была жизнь обыкновенного студента, а не монстра, каким он запомнил Реддла еще в годы обучения. И вот, воспоминания прервались на моменте, где Том заходит в женский туалет на третьем этаже.
Затем тьма. Удушающая и необъятная. Дамблдор чувствовал, как его собственное сознание борется с ней, и его магия невольно отступает, пытаясь сохранить жизнь своего носителя: эта тьма затягивала в себя все живое. И имя ей — Смерть.
Директор очнулся через несколько секунд, его поддерживали с двух сторон профессора и обеспокоенно заглядывали ему в лицо.
— Директор! Альбус! — Минерва была бледна, ее губы подрагивали.
— Все в порядке, — тихо ответил Дамблдор и высвободился от поддерживающих его рук, испустив смешок. — Стар я для подобного.
«Очень странно. Это не простая потеря памяти. Все инстинкты кричат, что разум Тома теперь отличается от человеческого, разумеется, еще больше, чем обычно, от самой сути… От живого человека. Именно поэтому мне было так тяжело.»
