Меньше всего на свете ему хотелось говорить с отрезвевшей “мисс Занудой”, которая, как был уверен парень, покроет матом их обоих. Сбегать, конечно же, не по-мужски, но Драко никому ничего не обязан и поступает так, как считает нужным. Он — эгоист, трус, Пожиратель смерти, и никакая грязнокровка этого не изменит, даже Грейнджер.
Да он и не хотел меняться — аристократа устраивала своя заносчивость, язвительность, порой жестокость. И пусть он не умел применять грубую физическую силу, но зачастую слова ранят в разы больнее ножа. Они оказываются острее тонкого лезвия. И это знал каждый, кто когда-либо имел дело со слизеринцем. Стоящих людей в этой компании было мало, в основном, “свита” и те, кому что-либо нужно от статуса и богатства семьи Малфоев.
Драко вполне устраивал такой расклад, пока в его жизни не появилась Гермиона, а на руке ярким черным пятном не всплыла татуировка в виде извивающейся уродливой змеи. Со вторым бы он еще смирился, если бы следом за церемонией посвящения не последовали те вещи, которые случились. Если бы его кишка не была так тонка, а маглорожденная девчонка не влезла в душу.
Размышления об этом в данный момент казались пустой, никому не нужной тратой времени. Что есть, то есть, а пытаться что-то изменить будет только полный кретин. Таким людям, как Темный Лорд, нельзя противоречить, а то, что Поттеру это раз за разом удавалось, было лишь стечением обстоятельств.
Глупый мальчишка, думает, что сможет одержать победу в этой войне, где силы в неравных. Все мы люди, нас нельзя разделять на черное и белое. Есть лишь сильные и слабаки. Это не означает, что слабак, который якобы борется за иллюзию добра, не может быть тварью. Убивают мужчин, женщин и детей, с обоих сторон. А человека судят лишь за то, в какой среде он родился и кому служит. Так почему же того, кто проливает кровь, называют героем? Разве убивать — означает быть спасителем? Разве есть разница, ради кого ты отнял жизнь? Наивный мир, построенный на дурацких идеалах.
Во имя чего сражается великий Гарри Поттер? Во имя любви? Любовь — вещь абстрактная и непостоянная, именно из-за нее люди сходят с ума и становятся жестокими к окружающим, не желая принимать мир таким, какой он есть, не желая смириться с тем, что самое лучшее чувство на Земле оказывается самой страшной пыткой.
Во имя мира? Так мир — вещь еще более непостоянная, чем любовь.
Что значит мир? Его попросту не существует, еще один красивый мираж. Каждую секунду кого-то хоронят, каждый день кто-то жаждет мести, каждое столетие рождается человек, способный разжечь пламя войны.
Мы просто живем, не задумываясь о том, есть ли смысл в нашем существовании. Что мы с собой несем, какие цели выполняем? Не задумываемся над тем, что жизнь обделяет нас с самого рождения, с того момента, как мы впервые видим свет, она глумится над нами, даря одному богатство, а второму — нищету, даря одному прекрасное лицо, а второму — врожденное уродство. Судьба не справедлива к человеку с самого начала, испытания начинаются значительно раньше, чем мы думаем.
Малфой знал, что он всего-навсего пешка на игральной доске, которым управляют два игрока: Том Реддл — с одной, Гермиона Грейнджер — с другой. И стоит первому взять верх, как второй впускает свои когти все глубже, не давая отступить от себя.
Пленник собственных чувств, вот, кто он. Сопляк, не знающий, что делать.
От осознания своей слабости захотелось засмеяться во весь голос, громко, нещадно, чтобы каждая тварь в этом гребанном мире услышала.
Да, такой вот он, отпрыск “великих” Малфоев — трусливый, загнанный в угол мальчишка. А столько денег, влияния… Они помогли? Нет, они лишь помешали, привлекая излишнее внимание к его персоне. Деньги, которые аристократ столько лет считал своим самым прочным щитом, оказались ножом в спину. Слишком уж много от него ожидали и слишком мало получили в замен.
Лишь яркие огни Большого зала заставили Драко выйти из ступора. Все было, как всегда: счастливые, возможно, только на первый взгляд, студенты уплетали различные лакомства, они смеялись, обнимались, шутили и выглядели такими счастливыми, что хотелось блевать.
От зависти? Да, скорее всего. Потому что это, блядь, нечестно. Почему они радуются, а ему хочется сдохнуть? Почему они могут позволить себе детскую наивность, а Драко должен быть жестоким и рассудительным, как взрослый?
Кто это, твою мать, решил? Кто распорядился его жизнью? Бог?
Тогда он не хочет верить в такого Бога.
Натянув на губы привычную злорадную усмешку и гордо приподняв подбородок, Малфой последовал к слизеринскому столу. Вальяжно восседая на своих местах, сокурсники одаривали друг друга, должно быть, как всегда, “искренними” улыбками и о чем-то возбуждено перешептывались. Интересно, не являлись ли его “отношения” с Грейнджер такой увлекательной темой для разговоров?
